Кризис украинской государственности

ПОЛИТКОМ

18 февраля прервалось вялотекущее развитие украинского кризиса: конфликт стремительно перерос в силовую стадию. В результате столкновений погибло более 50 человек (по данным оппозиции, более 150), сотни ранены. «Силовики» действовали крайне жестоко, зафиксированы обстрелы протестующих снайперами. Боевое оружие применялось и со стороны оппозиции. В итоге трехмесячный украинский кризис превратился в революцию. Ее следствием стало создание нового большинства в Раде, бегство Виктора Януковича из столицы и его смещение с поста президента, освобождение из заключения Юлии Тимошенко и начало формирования новых органов власти.

Силовые столкновения между силовиками и оппозицией оказались неожиданными: в выходные оппозиция начала разбирать баррикады в центре украинской столица, были освобождены некоторые из захваченных административных зданий. Власть, со своей стороны, согласилась применить закон об амнистии, освободив всех задержанных участников акций протеста. Однако тренд на мирное разрешение политического кризиса изначально был слишком слаб. Во-первых, власть не готова была сдавать свои позиции, прежде всего, касательно изменения Конституции страны. Во-вторых, лидеры оппозиции не имели полного контроля над радикализированной частью украинского протеста.

Спусковым крючком послужило торможение в Верховной раде вопроса о возвращении к редакции Основного закона от 2004 года, что предусматривало значительное ослабление института президентства в пользу парламента. Спикер Верховной рады Владимир Рыбак откровенно затягивал процесс конституционной реформы, жестко отвергнув требование лидеров оппозиции поставить на обсуждение конституционную декларацию, провозглашавшую необходимость возвращения к Конституции 2004 года – такой документ можно было бы принять простым постановлением парламента. Декларация имела бы морально-политическое значение и, кроме того, свидетельствовала бы о складывании в Раде нового большинства из оппозиционеров, части регионалов и независимых депутатов. И то, и другое не устраивало Януковича – особенно второе, означавшее, что президент теряет контроль над Радой, а часть «олигархических» депутатов перестали быть ему лояльны (что демонстрировало и резкое снижение лояльности их патронов-олигархов).

Силовое столкновение было так или иначе «запрограммировано», прежде всего, в силу того, что ситуация не была в полной мере подконтрольна ни властям, ни лидерам оппозиции. Одной из главных загадок ситуации является наличие снайперов на улицах, от пуль которых больше всего погибших. Разрешение на использование оружия и.о. министра внутренних дел Виталий Захарченко дал только 20 февраля, в то время как многочисленные свидетельства подтверждают привлечение снайперов с 18 февраля. На видео и фото из Киева видно, что на снайперах – жёлтые повязки. По одной из версий, речь идет о неких «наемниках», действующих по приказу СБУ, что можно трактовать как одно из подтверждений неспособности Януковича опереться в полной мере на военных. В то же время есть факты и обстрелов со стороны оппозиции, однако это носило единичные случаи. Серьезной силой являлись и так называемые «титушки»: наемники-провокаторы, которые позволяют себе любые силовые действия и действуют как со стороны власти, так и со стороны протеста. Таким образом, до сих пор остается неясным, является обстрел оппозиции провокацией третьей стороны или намеренным угрожающим жестом со стороны «ястребов» внутри власти, давно подталкивающих Януковича к применению силы. Вначале был уволен начальник Генштаба Владимир Замана, а затем в отставку подал его заместитель. Заставить военных стрелять в гражданских оказалось далеко не простой задачей.

В наихудшей политической ситуации оказался Виктор Янукович. В течение последних недель президент формально шел на одну уступку за другой, но при этом всякий раз максимально девальвируя «завоевания» оппозиции. Предложение лидера оппозиции войти в правительство было воспринято как политическая ловушка (и это недалеко от истины). Амнистия была использована для торга с целью показать недееспособность лидеров оппозиции, не способных в полной мере выполнять их собственные обязательства. В итоге «диалог» власти и оппозиции, хотя и шел с разной степенью интенсивности, но был постоянно похож на «пробуксовку». Реальная ценность диалога как инструмента урегулирования ситуации приближалась к нулю.

Даже когда президент все же решился на силовой сценарий, который, как отмечают наблюдатели, явно готовился и тщательно продумывался заранее, для протестующих это выглядело одной из локальных провокаций, которая вовсе не будет развернута в полномасштабную зачистку центральных площадей города. Создается впечатление, что Янукович действовал с очень ограниченным «мандатом», отсюда и быстрая «сдача» центра Киева оппозиции уже на следующий день. Удержать контроль над ситуацией и после применения силы Януковичу не удалось. Можно связать это с двумя причинами. Первая – ограниченность силового ресурса (максимум, несколько тысяч человек), вторая – нерешительность президента, прислушивавшегося к сторонникам то более жесткой, то более мягкой линии из своего окружения.

Кроме того, внутри украинской элиты и ранее наблюдалась заметная эрозия позиций Януковича. Ему было все сложнее удерживать лояльность депутатов и других функционеров Партии регионов. Как отмечалось выше, в течение последних недель актуальным являлся вопрос о переформатировании парламентского большинства. После того, как стало ясно, что «силовая» операция в центре Киева буксует, глава столичной горадминистрации Владимир Макеенко заявил о выходе из Партии регионов. Уже в считанные часы начался исход из партии многих ее функционеров. За два дня ее покинули 28 депутатов Рады, первый заместитель председателя Одесского областного совета, Житомирский городской голова. Фракция партии в Винницком облсовете заявила о самороспуске. Еще более обвальный характер исход из Партии регионов принял в западных регионах, где ее деятельность фактически парализована. 20 февраля в Раде сложилось большинство (свыше 230 депутатов), оппозиционное по отношению к Януковичу – в результате депутаты приняли постановление о выводе «силовиков» из центра Киева, нанесшее сильнейший удар по позициям президента.

Хаотизация ситуации в Украине значительно поднимает роль внешних игроков. США и ЕС активно обсуждали санкции против чиновников, виновных в использовании оружия против протестующих. Запад активно поддерживал Майдан морально и политически. Противоречивую роль сыграла активизация Германии: канцлер Ангела Меркель накануне силовых столкновений встретилась с лидерами украинской оппозиции, что было трактуется как однозначная ставка на противников Януковича. Активизировался и диалог западных игроков с крупных «олигархами». По данным агентства УНИАН Ринат Ахметов призвал стороны воздержаться от насилия (тем самым, осудив и применение силы со стороны власти) после встречи с замгоссекретаря США Викторией Нуланд. США якобы обещали ввести санкции против украинского бизнеса. Ахметов, контролирующий около 40 депутатов Партии регионов, публично старался занимать нейтральную позицию, призывая к мирным переговорам.

В итоге инициатива в выполнении роли медиатора между властью и оппозиции окончательно перешла к Западу: в ночь с 20 на 21 февраля Янукович вел почти восьмичасовые переговоры с министрами иностранных дел Германии Франком-Вальтером Штайнмайером, Франции Лораном Фабиусом и Польши Радославом Сикорским. По итогам стало известно, что Янукович согласился на досрочные президентские выборы, а также возвращение Конституции 2004 года. В последующем планируется в короткие сроки подготовить новый конституционный документ и принять его. В тексте соглашения говорилось, что президентские выборы будут проведены сразу после принятия новой Конституции Украины, но не позднее декабря 2014 года, также будет принято новое избирательное законодательство и сформирован новый состав центральной избирательной комиссии на пропорциональной основе согласно правилам ОБСЕ и Венецианской комиссии.

Подписание соглашения дало импульс полному «обвалу» позиций Януковича. Майдан, несмотря на уступки, жестко потребовал его немедленной отставки – в крайне неудобном положении оказались Кличко, Яценюк и Тягнибок, пошедшие на компромисс с дискредитированным президентом. Неуверенное оппозиционное большинство уже на следующий день после создания превратилось в подавляющее. Вечером 21 февраля уже 361 депутат проголосовал за возобновление действия Конституции 2004 года. Такое единодушие можно было объяснить параметрами соглашения, но дальше последовали новые решения, принятые стремительно. Так, парламентарии проголосовали за отстранение от должности главы МВД Захарченко и за закон, декриминализирующий статьи Уголовного кодекса, по которым была осуждена Юлия Тимошенко – таким образом, она не только освобождается из тюрьмы, но может вернуться в большую политику. За закон, позволяющий Тимошенко выйти на свободу проголосовали 310 депутатов, за постановление об увольнении Захарченко – 322, что значительно больше, чем необходимый минимум.

Видя, что ситуация окончательно вышла из-под контроля, Янукович в ночь с 21 на 22 февраля бежал из Киева в Харьков, где местные лидеры, губернатор Михаил Добкин и мэр Геннадий Кернес организовывали съезд депутатов разных уровней, представляющих Юго-Восток Украины. Появились слухи, что Янукович может прийти на съезд и предоставить в распоряжение его участников единственный оставшийся в его распоряжении ресурс – легитимность. Однако Янукович не решился посетить съезд, а само мероприятие оказалось довольно бледным – многие участники стремились не допускать слишком жестких высказываний, а значительная часть юго-восточной элиты его проигнорировали. В самом Харькове прошел массовый митинг протеста против съезда. Более того, Добкин и Кернес не смогли получить поддержку местных силовиков – и в результате, по сообщениям украинской погранслужбы, были вынуждены спешно выехать в Россию. 23 февраля вернувшийся в Харьков Кернес дал примирительное интервью, в котором заявил, что Янукович более не является президентом и что «любой победитель приумножит свою победу, если сделает врагов своими друзьями».

Тем временем в Киеве новое депутатское большинство начало формирование органов власти. Спикером Рады стал ближайший сторонник Тимошенко Александр Турчинов, ему же депутаты поручили координировать работу правительственных структур. Со своего поста был уволен генпрокурор Виктор Пшонка. Затем депутаты квалифицированным большинством голосов (328) объявили о самоустранении Януковича от исполнения обязанностей и назначила выборы президента на 25 мая. Таким образом, Януковичу официально не был объявлен импичмент, но его бегство сделало возможным фактическое отстранение его от занимаемого поста. Исполняющим обязанности президента стал Турчинов. Это решение, несмотря на его юридическую сомнительность, было признано западными странами, а в поддержку Януковича не высказался никто из знаковых украинских политиков (даже противники новой власти отвергают его фигуру, обвиняя своего недавнего лидера в трусости). Сам Янукович отказался признавать решение Рады, но его мнение уже ничего не значит. Тем более, что вечером 22 февраля стало известно, что пограничники не выпустили Януковича из страны – такая же участь ждала Захарченко, Пшонку и близкого к сыну Януковича министра доходов и сборов Александра Клименко. Из знаковых деятелей свергнутого режима страны удалось покинуть лишь вылетевшему в Россию бывшему первому вице-спикеру Рады Игорю Калетнику, который вел скандальное январское заседание парламента, где «с голоса» были приняты ряд репрессивных законов. Ему помог статус депутата, гарантирующий неприкосновенность. Тем временем победители поделили контроль над силовыми ресурсами. И.о министра внутренних дел был назначен Арсен Аваков, главный конкурент Кернеса в харьковской политике, как и Турчинов, принадлежащий к партии Тимошенко. Валентин Наливайченко из партии «Удар» Кличко стал уполномоченным Рады по контролю над Службой безопасности Украины (он уже возглавлял СБУ при Викторе Ющенко). Уполномоченным по контролю над Генпрокуратурой стал Олег Махницкий из партии «Свобода» — адвокат Олега Тягнибока. Уполномоченным по контролю над Минобороны избран генерал Владимир Замана, смещенный Януковичем с поста начальника Генштаба.

Освобожденная из-под стражи Тимошенко вернулась в Киев, где выступила с яркой речью на Майдане. Теперь именно Тимошенко может стать фаворитом избирательной кампании. Она обладает мощной энергетикой, может опереться на ресурс Турчинова и Авакова, а также не была вовлечена в подготовку и подписание непопулярного компромиссного соглашения с Януковичем. Примечательно, что глава германского МИД Штайнмайер заявил, что именно Тимошенко несет главную ответственность за будущее Украины (это тем более важно, что самым близким к Германии оппозиционным политиком считался Кличко).

Россия, в свою очередь, подчеркнуто публично держалась в стороне от конфликта, на деле, находясь в тесном контакте с украинской властью. В Украине и на Западе доминирует точка зрения, что именно Владимир Путин подталкивал Януковича к наиболее жесткому сценарию подавления «восстания», хотя документально это не подтверждено. Уже во время обвала режима Януковича МИД России назвал действия протестующих в центре Киева попыткой госпереворота, а представитель России при ООН Виталий Чуркин предупредил Запад, что его действия ведут к расколу Украины. Когда соглашение было подписано, оно не было заверено представителем российского президента Владимиром Лукиным, что также свидетельствует о скепсисе России в отношении данного документа. Да и само направление в Украину политически слабого Лукина, уже завершившего свое пребывание на посту уполномоченного по правам человека, свидетельствует о желании России снять с себя ответственность за посредничество (за его результаты полностью отвечает Запад), но при этом сохранить «эффект присутствия».

Харьковский съезд, организованный Добкиным и Кернесом, стал поводом для выражения Россией фактической поддержки наиболее жестко настроенным пророссийским силам. На мероприятие приехали главы комитетов по международным делам обеих палат парламента, Михаил Маргелов и Алексей Пушков, и губернаторы четырех южных областей России. Быстрый провал харьковского съезда продемонстрировал, что ставка на харьковских лидеров как более дееспособных по сравнению с Януковичем, оказалась ошибочной. Теперь России придется иметь дело с новыми украинскими властями, причем аргумент об их нелегитимности выглядит небезупречным (Россия ранее признала свержение президента Киргизии Бакиева). При этом отношение Москвы к конкретным фигурам может быть различным. В свою бытность премьером Тимошенко установила деловые отношения с Владимиром Путиным, который был явно недоволен ее арестом – но, в то же время, Россия в отличие от Запада ничего не сделала, чтобы попытаться добиться ее освобождения. Поэтому и сама Тимошенко вряд ли испытывает симпатии к Москве. Из новых назначенцев сильное раздражение России могут вызвать Наливайченко (тесно сотрудничавший со своими американскими коллегами в бытность главой СБУ) и праворадикал Махницкий. В любом случае события в Украине расцениваются в России как поражение – теперь о сближении с Таможенным союзом не может быть и речи, а внешнеполитическая ориентация Киева вновь станет прозападной. Также неприятие России явно вызывает отмена закона о языках, который позволил русскому языку получить статус регионального на Юго-Востоке страны. Новое большинство обещает принять другой закон по этому вопросу, но, в любом случае, отмена популярного на Юго-Востоке закона может вызвать неприятие не только в Москве, но и у значительной части населения Украины.

Досрочные выборы могут на некоторое время вывести ситуацию в Украине в более управляемое, легитимное поле. Драматические события показали, что плюралистичная страна отвергает даже относительно мягкий вариант авторитаризма. Политическая элита не стала безропотно подчиняться единому центру, олигархов в кризисной ситуации оказалось невозможно «построить» и заставить действовать вопреки собственным интересам. Силовая элита (за некоторыми исключениями) продемонстрировала явное нежелание стрелять в протестующих, очевидно, понимая, что многие ее подчиненные (кроме узкого слоя элитных и по украинским меркам высокооплачиваемых спецназовцев – да и то не всех) могут такой приказ не выполнить. Большинство силовиков стремились позиционировать себя как государственный институт, а не инструмент в руках Януковича. Если неканонический Киевский патриархат и греко-католики поддержали Майдан, то священноначалие Украинской православной церкви Московского патриархата отказалось от идентификации с Януковичем и сосредоточилось на попытках содействовать смягчению напряженности.

В долгосрочной перспективе нынешний кризис – испытание на историческую состоятельность политического класса Украины, геополитически и электорально разрываемого между Россией и Европой. И на способность эффективно действовать в новых условиях, когда полномочия президента будут ограничены, что снижает возможности для принятия авторитарных решений (в том числе раскалывающих страну) и, в то же время, может осложнить проведение осмысленного курса – особенно в условиях, когда нынешняя сплоченность парламентариев явно является временной. И на возможность принимать решения в условиях массы социально-экономических проблем и преддефолтного состояния государственных финансов – теперь за все это будут отвечать уже новые власти.

Реклама

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s