КИПРСКИЙ КРИЗИС В КОНТЕКСТЕ РОССИЙСКОЙ ПОЛИТИКИ

ПОЛИТКОМ

25 марта

Главным событием в информационным поле России на прошедшей неделе стала критическая ситуация на Кипре, где по данным агентства Moody`s, российские компании хранят около $19 млрд. Правительство страны разработало антикризисную программу, в соответствии с которой сначала предполагалось ввести специальный налог на депозиты. Это вызвало острую социальную реакцию на самом Кипре, а также политическую реакцию в России, где нововведение посчитали несправедливым. В течение нескольких дней Москва вела переговоры об условиях предоставления Кипру финансовой помощи, которые завершились неудачей. В итоге судьба Кипра решалась не в Москве, а на переговорах с тройкой главных кредиторов: по итогам ночных переговоров 25 марта было принято решение принять новые условия финансовой помощи острову.

Значение Кипра для российского бизнеса трудно переоценить. По данным Росстата, в общем объеме накопленных Россией иностранных инвестиций $76,7 млрд (21%) поступило с Кипра; в объеме инвестиций из России, накопленных за рубежом, на Кипр приходится $29,6 млрд (25%). Российские бизнесмены активно скупали недвижимость на острове, а крупные компании использовали Кипр как расчетный центр для операций с экономическими структурами стран ЕС.

Предложение Кипра по введению налога на депозиты стала настоящим шоком и для жителей страны, и для России. Изначально предполагалось, что налогом будут облагаться все депозиты, однако ставка будет варьироваться в зависимости от объема денежных средств. Решение было принято под давлением ЕС, который обещал оказать Кипру финансовую помощь при условии принятия этого плана. Однако практически сразу страна столкнулась с социальными и политическими трудностями. Рассмотрение вопроса в парламенте несколько раз откладывалось, банки были закрыты до окончательного решения вопроса, вероятно успешного «продавливания» законопроекта была под большим вопросом.

С социальной точки зрения, что понятно, радикально непопулярное решение кабинета министров вызвало бурю протеста в стране. Сотни человек пытались прорваться к парламенту, произошли стычки с полицией. Обстановка была накалена до предела: для кабинета министров и практически всей правящей элиты принятие решения о налоге на депозиты в этот момент было равносильно политическому самоубийству. Общество надеялось на чудо, которое связывали с возможной российской помощью (некоторые плакаты участников протестных акций содержали прямое обращение к России).

Возникла и репутационная проблема. Кипр – это экономика банковских и финансовых услуг. Снятие со счетов 6-10% означало бы конец финансового сектора страны. Получалась тупиковая ситуация: спасти ситуацию сейчас и погубить экономику в будущем или поставить страну на грань дефолта. Позиция ЕС, и особенно Германии, была крайне жесткой: только первый вариант. Берлин не намерен ставить под угрозу экономику еврозоны из-за проблемных европейских стран и «оплачивать» долги кризисных экономик. Однако для России ситуация оказалась вдвойне значимой. Возникла политическая дилемма. С одной стороны, Владимир Путин объявил курс на борьбу с офшорами. В публичной политике выведение финансовых средств за рубеж осуждается с подачи власти, вводятся ограничения на иностранные счета для чиновников и парламентариев. Общество настраивается против любой зависимости России от Запада, ведется активная антизападная кампания.

С другой стороны, на деле власть не спешит препятствовать офшорным сделкам. В конце января большой резонанс вызвала покупка компанией «Мечел» порта «Ванино»: актив затем был перепродан неизвестным офшорам. Ситуацию был вынужден прокомментировать пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Он подчеркнул, что приватизационная сделка полностью соответствует действующему законодательству и является «абсолютно легитимной». «Дело в том, что пока нет никаких запретительных норм, и вряд ли они могут быть», — пояснил свою мысль пресс-секретарь Путина. При этом Песков признал, что сделка по продаже стратегического порта Ванино трем кипрским оффшорам «контрастирует» с идеей необходимости деофшоризации, поставленной президентом Путиным в ежегодном послании Федеральному собранию.

Поэтому для российской власти в ситуации вокруг Кипра появилась политическая проблема: активная защита российских офшорных счетов напрямую противоречила заявленной повестке и провоцируемым самой властью настроениям в обществе. Это оказалось непростым испытанием для Кремля, а его реакция стала весьма показательной. Можно выделить три плоскости проблемы.

Первая плоскость – это интересы российского крупного бизнеса, значительная часть которого стала государственной или близкой к государству, затрагивающей интересы предпринимателей, построивших свои активы за счет близости к политическим и административным ресурсам. Поэтому ситуация на Кипре представляла угрозу для «околопутинского бизнеса», равно как и для многих крупных российских компаний. И эти угрозы очень быстро стали реальностью: швейцарская компания LGT Capital сообщила, что может вычеркнуть из списка своих контрагентов «Ренессанс Капитал» и Альфа-банк, объясняя присутствие этих структур в экономике офшора. Поэтому усилия российских властей на прошедшей неделе были направлены на спасение банковской системы Кипра. Сначала Москва пыталась возмущаться, но затем активно вступила в переговоры с кипрскими властями о путях выхода из кризиса. После того, как это вызвало возмущение в руководстве ЕС и Германии, к переговорам подключился глава ЕК Жозе Мануэль Баррозу. Попытки Москвы договориться в обход ЕС не увенчались успехом, и кипрская делегация покинула Москву 22 марта, так и не договорившись не только о дополнительной помощи, но и об условиях пролонгации ранее выданного кредита.

Предметом переговоров в Москве было кредитование Кипра в обмен на доступ российских «Газпром» и «Роснефть» к месторождениям острова. Как заявил источник «Интерфакса», «они предложили участвовать в тендере, там по месторождению не закончена сейсмика, то есть там непонятно, что за месторождение, нужно глубоко изучать в перспективе». Впоследствии переговорам помешала и позиция Турции, которая заявила, что оспорит любые действия Кипра по исследованию месторождений природного газа в его территориальных водах для привлечения инвестиций и спасения своей экономики. В итоге источник в Минэнерго заявил, что «Роснефть» и «Газпром» не заинтересованы в месторождениях Кипра. Месторождения газа на кипрском шельфе — крупнейшие из открытых за последние десять лет. Его запасы оцениваются в 1,7 триллиона кубометров, а чистая прибыль от их эксплуатации может в будущем составить более €800 млрд – но эти выгоды уравновешены высокими рисками. Кроме того, неясно, какие конкретные условия предлагали киприоты – возможно, что речь шла о миноритарном участии в разработке «национального достояния», что не могло устроить российские компании.

Вторая плоскость – социально-политическая — с точки зрения внутренней ситуации в России, что связано с вышеуказанной дилеммой между публичной ставкой на деофшоризацию и попытками власти защитить интересы крупных компаний. Утром 18 марта Путин провел оперативное совещание с руководством администрации, помощниками и советниками, курирующими экономические вопросы, на котором обсуждалась экономическая ситуация в еврозоне, сообщает официальный сайт президента РФ. «В этом контексте, оценивая возможное решение о введении на Кипре дополнительного налога на банковские вклады, Путин сказал, что такое решение, в случае его принятия, будет несправедливым, непрофессиональным и опасным», — процитировал президента пресс-секретарь.

Однако затем, функция публичной защиты офшоров была возложена по большей степени на премьер-министра Дмитрия Медведева, который, в частности, дал интервью европейским СМИ. Он рассказал, что поступки островного государства напоминают «действия слона в посудной лавке», теперь недовольные клиенты закидают республику судебными исками, кипрская банковская система может просто развалиться, а ЕС только этого и добивается. Что же касается интересов России в этой ситуации, то на Кипре – «просто удобная форма работы». Позднее Медведев предложил создать офшоры на Дальнем Востоке России, чем сразу спровоцировал волну критики. «Реализация идеи о создании оффшорной зоны на росДВостоке будет иметь разрушительные последствия для финсистемы РФ», — написал Кудрин в своем Twitter.

Кроме того, в российских СМИ буквально развернулась кампания в защиту национальных интересов России. Появились версии, что требование ЕС к Кипру ввести налог на депозиты носит антироссийский характер. Председатель комитета партнеров адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» опубликовал в газете «Ведомости» колонку, где отметил, что, во-первых, Владимир Путин был прав, когда говорил, что слабых бьют. Надо уметь себя защитить. Во-вторых, Россия должна очнуться и принять жесткие меры в защиту интересов своих сограждан, имеющих вклады на Кипре, как и в любом другом месте, где покушаются на имущество россиян. В-третьих, у нас остался один друг в Евросоюзе, которого мы сейчас теряем, — Кипр. В редакционной статье в тех же «Ведомостях» приводится мысль, что действия ЕС направлены на выведение «грязных» русских денег из кипрских банков. Таким образом, в информационном поле акценты сместились с коммерческих интересов крупных компаний на патриотические нотки: не дадим Россию в обиду.

Наконец, третья плоскость – это отношения России и ЕС. Брюссель подвергся в российских СМИ жесткой критике. Но и Германия, которую называют «автором» идеи ввести налог на депозиты заявила, что проблемы Европы не должны решаться за счет вмешательства посторонних сил – явный намек на усилия России. При этом и в западной прессе нарастали антироссийские эмоции. Если Кипр окажется у Путина в кулаке, Запад проиграет первую битву в новой холодной войне, переживает британская The Daily Mail. «Финансовые проблемы Запада стали его ахиллесовой пятой. Жадность и наивность подвергли члена ЕС, занимающего важное стратегическое положение, риску оказаться в руках России, — пишет издание. — Вероятным результатом станет выгода Кремля, который приготовился получить военно-морскую базу и доступ к газовым месторождениям. Для Европы это станет унижением». Впрочем, речь шла о гипотетическом сценарии, который не был реализован – возможности России (как политические, так и финансовые) носили более ограниченный характер, чем было необходимо для реализации подобных планов.

По данным «Коммерсанта», провал переговоров в Москве — следствие неэффективности неофициальных переговоров РФ с ЕС и Кипром в 2012 году: возможность выдачи правительству Кипра российского госкредита или пролонгации существующего кредита в 2,5 млрд евро до 2021 года Россия и Кипр ведут с осени 2012 года. В такой ситуации ЕС можно понять: пока Кипр ожидал поддержки со стороны Москвы и тянул время, ситуация в экономике стремительно ухудшалась, угрожая всей Европе.

В итоге под конец недели решения по Кипру так и не было принято. Если Кипр до понедельника не нашел бы €5,8 млрд для обеспечения своих международных займов, стране грозили финансовый крах и выход из еврозоны. Попытка выдвинуть альтернативу «стрижке депозитов» привела к появлению так называемого «плана Б». В его рамках парламент Кипра в ночь на субботу одобрил предложенные правительством законопроекты по созданию Инвестиционного фонда солидарности и введению контроля за денежными переводами в чрезвычайных ситуациях с целью предотвращения бегства капиталов. Затем законодатели приняли еще один правительственный законопроект — об оздоровлении банков страны. Он предполагает разделение «хороших и плохих активов» и создание «плохого банка» с последующей его ликвидацией. Однако эти меры были восприняты в ЕС как недостаточные; кроме того, европейцы выступили против включения в Инвестиционный фонд солидарности пенсионных накоплений.

В результате в субботу вечером правительство Кипра согласовало с «тройкой» международных кредиторов (Еврокомиссия, Европейский центральный банк и Международный валютный фонд) введение разового чрезвычайного сбора в размере 20% с депозитов свыше 100 тысяч евро в крупнейшем банке страны Bank of Cyprus. С аналогичных вкладов в остальных банках страны будет снят единовременный налог в размере 4%. Таким образом, «стрижки депозитов», так и не удалось избежать, хотя и в смягченном виде для простых киприотов. Будет ликвидирован второй по величине банк страны — Кипрский народный банк (Laiki Bank) и реструктурировано крупнейшее в стране финансовое учреждение — Банк Кипра. Потери его вкладчиков пока не определены. Уже в мае Кипр должен получить финансовую помощь в размере $10 млрд. В любом случае «офшорный рай» на средиземноморском острове закончился.

Россия в такой ситуации пока оказалась на обочине: после переговоров с Жозе Манюэлем Баррозу Дмитрий Медведев признал, что Россия не отказалась от участия в решении проблем на Кипре. «В том, что касается нашего участия в процессе, мы не закрыли двери, мы не сказали, что не будем ничего больше обсуждать, ничего не хотим слышать, Кипр — это просто государство-член Евросоюза, и отстаньте от нас», — заявил премьер на совместной с председателем Еврокомиссии Баррозу пресс-конференции. Создается впечатление, что Россия была осторожно «задвинута», а сама Москва пытается просто сохранить лицо в проигрышной для себя ситуации.

Татьяна Становая – руководитель аналитического департамента Центра политических технологий

 

 

Реклама

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s