Monthly Archives: Ноябрь 2012

МИНОБОРОНЫ: ПЕРЕСМЕНА

ПОЛИТКОМ

6 ноября президент России Владимир Путин уволил министра обороны Анатолия Сердюкова. На его место был назначен губернатор Московской области, бывший глава МЧС России Сергей Шойгу. Переход последнего из Подмосковья в оборонное ведомство стало совершенно неожиданным кадровым решением: наблюдатели заговорили о кадровом кризисе в сложившейся политической системе. Сам Шойгу, как только был назначен, начал ревизию решений, принятых предшественником.

Отставка Анатолия Сердюкова не была неожиданной: скорее ее даже ожидали с учетом начавшегося расследования в отношении руководства ОАО «Оборонсервис» — компании, созданной Сердюковым для передачи на аутсорсинг ряда бытовых услуг, оказываемых армии. Расследование сразу связали персонально с министром – главным подозреваемым оказалась Евгения Васильева, которая в конце 1990-х училась вместе с Сердюковым на юрфаке СПбГУ. Именно она руководила аппаратом Минобороны после прихода в оборонное ведомство Сердюкова. В ОАО «Оборонсервис» она занимала пост члена совета директоров. Однако неофициально ее называют личным куратором компании от министерства. Иными словами, главным подозреваемым в незаконной распродаже военного имущества и зданий оказалась «правая рука» Сердюкова, ближайшая его соратница, что невозможно себе представить без высшей политической санкции.

В СМИ сразу появлялось несколько версий происходящего. Их в целом можно объединить в четыре основных. Версия первая – личная. СМИ смакуют подробности обысков в квартире у Васильевой, где по данным, Lifenews, в тот момент оказался и сам министр. При этом известно, что он женат на дочери Виктора Зубкова – бывшего премьер-министра России (с сентября 2007 по май 2008), бывшего вице-премьера, главы совета директоров «Газпрома», на сегодня занимающего пост спецпредставителя президента по взаимодействию с экспортерами газа. Иными словами, на сегодня Зубков находится на почетной пенсии. По данным неофициальных источников, его дочь уже давно не поддерживает тесных отношений с Сердюковым, что делает версию о мести тестя маловероятной. Да и особенностью путинского режима всегда было тихое и мирное решение семейных проблем. Сам Зубков, даже будучи очень близкой к Путину фигурой (именно он был в числе учредителей знаменитого кооператива «Озеро») вряд ли обладает достаточным политическим весом и набором весовых аргументов, чтобы из-за семейных проблем просить президента уволить министра обороны. Другое дело, что он мог не вступиться за Сердюкова, который потерял влиятельного защитника, ранее активно способствовавшего его карьерному продвижению.

Версия вторая – более вероятная. Она связана с тем, что инициатором отставки министра мог был один из многочисленных «врагов» Сердюкова, коих у него за более чем пять лет работы на посту главы оборонного ведомства накопилось достаточно много. Источники конфликта были связаны с несколькими типами проблем. В первую очередь, это разногласия между военно-промышленным комплексом и минобороны по поводу гособоронзаказа. Министерство, которое в этом вопросе пользовалось поддержкой Дмитрия Медведева, билось либо за снижение цен на российскую продукцию оборонки, либо за покупку иностранных, более конкурентоспособных аналогов. ВПК, которое апеллировало к Путину (и добивалось понимания с его стороны), требовало поддержки отечественного производства. На протяжении последних двух лет оборонный заказ постоянно срывался, конфликты и споры вокруг этого выходили в публичное пространство, а ситуацию разруливали первые лица государства.

На стороне ВПК выступали такие «тяжеловесы» как глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов, бывший вице-премьер Игорь Сечин (он конфликтовал с Минобороны, в частности, за судостроительные верфи Сергея Пугачева), назначенный год назад вице-премьер по ВПК Дмитрий Рогозин. У каждого из них были свои интересы в смещении Сердюкова. Чемезов, например, лично консультировал Путина на предмет преемника министра в апреле-мае этого года. Он руководит крупнейшими оборонными предприятиями и его интерес вполне предсказуем – лоббировать крупные госзаказы по выгодным ценам. Игорь Сечин в последнее время от влияния на ВПК частично отошел, хотя именно он разруливал конфликты вокруг оборонзаказа летом прошлого года. Кроме того, Сечин выступал против покупки французских вертолетоносцев Mistral. Однако после заключения контракта с Францией о покупке двух кораблей и строительстве еще двух на российских верфях, конфликт тут был заметно смягчен.

Наконец, у Рогозина изначально не сложились отношения с Сердюковым: вице-премьер был ментально, идеологически ближе к ВПК и не раз публично спорил с министром. После отставки Сердюкова Рогозин еще раз подтвердил, что у него были разногласия с оборонным ведомством. Однако маловероятно, что именно Рогозин мог стать инициатором отставки Сердюкова: его ресурса не хватило бы для начала столь громкого расследования, а сам Рогозин не принадлежит к «ближнему кругу» Путина – он воспринимается скорее как политическая фигура, которая оказалась востребована перед выборами. Тем не менее, именно вице-премьер был главным куратором расследования: еще в сентябре он говорил о выявленных схемах незаконной приватизации военного имущества и обещал наказать виновных. Таким образом, из всех трех вариантов наиболее логичным представляется «чемезовский».

Еще один тлеющий конфликт Сердюков имел с бывшим министром, а ныне главой администрации президента Сергеем Ивановым. Например, по данным журналистки Юлии Латыниной, Иванов давно испытывал негативные чувства к министру, который пытался перенести всю ответственность за проблемы в армии на предшественника. В пользу того, что свой вклад в отставку Сердюкова мог внести Сергей Иванов, говорит и то, что именно главу АП связывали со скандальным фильмом «Потерянный день» о войне в Грузии в августе 2008 года. Иванов сохранил хорошие отношения с генералом армии Владимиром Шамановым, который при Шойгу, по сведениям СМИ, мог стать первым заместителем министра (но так и не был назначен).

Среди других конфликтов, в которых был замечен Сердюков, стоит назвать еще два. Это подпорченные отношения с ФСБ и военной прокуратурой. По данным «Ведомостей», бывший министр обороны был якобы причастен к назначению Сергея Королева начальником управления собственной безопасности ФСБ. Ранее Королев был помощником главы Минобороны РФ. Новое назначение «человека Сердюкова» «не всем в ФСБ понравилось». Как пишет газета, в ФСБ опасались, что Сердюков создаст военную полицию, которая станет помехой для работы военной контрразведки в войсках. По данным СМИ, именно военные контрразведчики нашли мошенников в военном ведомстве, после чего было заведено уголовное дело в отношении нескольких сотрудников компании «Оборонсервис», подконтрольной Минобороны.

«Коммерсант» вдобавок к этому перечисляет многих министров, с которыми Сердюков был в конфликтных отношениях. Но все эти конфликты, в действительности, являются нормальными рабочими моментами. Критичным для будущего любого чиновника является не столько наличие конфликтов, сколько наличие политического иммунитета. И Сердюков, вероятно, его утратил, что и предопределило его судьбу. Медведев, который был его единомышленником по вопросам военного заказа, с утратой президентства потерял и влияние на военную сферу. Путин же и ранее воспринимал Сердюкова «отстраненно», как технологическую фигуру, не связанную с ним близкими человеческими отношениями (бывший министр не работал с ним ни в КГБ, ни в питерской мэрии).

Задачей Сердюкова было проведение масштабной военной реформы, которая включала в себя переход основной части армии на контрактную основу, сокращение числа военных округов, переход на систему округ-бригада-батальон, принятую во многих современных армиях (вместо более сложной, советской: округ – армия (или корпус) – дивизия – полк – батальон), уменьшение числа военно-учебных заведений, продажу непрофильных активов. Имелось в виду создать современную армию, которая была бы готова к эффективному участию в региональных конфликтах, а не в мировой войне, для чего была предназначена Советская армия. Теперь, с точки зрения власти, реформа в основном закончена, и ценность ее исполнителя резко снизилась – тем более, что и сам Сердюков, похоже, утратил личное доверие президента.

В этом случае важно отметить и контекст отставки Сердюкова с точки зрения репутации и статуса правительства Медведева. Это уже вторая отставка министра за последний месяц. В ситуации с Олегом Говоруном, когда министр регионального развития сам хлопнул дверью из-за несогласия с публичной критикой, прозвучавшей от Владимира Путина, Медведев не сумел «разрулить» конфликт. В нынешнем виде Медведев проявил слабость как глава исполнительного органа власти, не сумевшего сохранить эффективные отношения с одним из ключевых членов своей команды. Напомним, что Сердюков несколько месяцев назад предложил свою собственную отставку из-за невозможности решить поставленные перед ведомством задачи.

Наконец, еще одна версия со сменой министра скорее связана с повышением Сергея Шойгу, что стало, в общем-то полной неожиданностью для наблюдателей. Так, Станислав Кучер из «Коммерсанта» предположил, что речь идет о подготовке Путиным своего преемника в лице бывшего губернатора Московской области и бывшего главы МЧС. Однако эта версия скорее указывает на то, что в политическую повседневную реальность возвращается тема преемничества: в элите существуют ожидания, что Владимир Путин может не пойти на новый срок в 2018 году (хотя сейчас элита и не может повлиять на решение этого вопроса).

И четвертая версия отставки – чисто политическая. Анатолий Сердюков был одним из самых непопулярных министров правительства и Путина, и теперь Медведева. Его обвиняли в заигрывании с НАТО, попытке развалить отечественный ВПК, припоминали скандалы с военной формой, сшитой по заказу Юдашкиным, конфликт с десантниками (из-за того, что они построили храм на территории части ВДВ). Наконец, отказ от выведения суворовцев и нахимовцев на ежегодные военные парады на Красной площади (Шойгу первым делом восстановил эту практику). Сердюков был министром-«чистильщиком», который не боялся принимать откровенно непопулярные решения, серьезно испортив отношения с военной корпорацией и депутатским корпусом. Зато, в отличие от своего предшественника Сергея Иванова, Сердюкову удавалось избегать крупных скандалов в срочной армейской службе (типа «дела солдата Сычева»), а правозащитники относились к министру с уважением.

Один из источников в СМИ заявил, что Владимира Путина стало беспокоить, что недовольство министром обороны стало проецироваться и на него. Особенно остро стояли социальные проблемы военных – вопросы упразднения военных образовательных учреждений, обеспечение жильем, сокращения и т.д. В этом смысле назначение Шойгу должно в значительной степени выправить ситуацию – бывший глава МЧС – одна из самых популярных в России фигур, которая, как рассчитывает президент, сможет быстро выправить ситуацию и с военнослужащими, и с генералитетом, и оборонными предприятиями. Представляется, что задачей Шойгу является сохранение основных результатов «сердюковской» реформы с некоторыми имиджево значимыми корректировками, которые позволили бы избавиться от наименее популярных (как в военной корпорации, так и в обществе) ее аспектов, которые, однако, носят второстепенный характер. Например, можно восстановить одно-два военно-учебных заведения (но не десятки) или поощрять храмостроительство в воинских частях.

Смена министра обороны – это яркий знак складывающего кадрового кризиса в политической системе России на федеральном уровне, повышения хаотизации в принятии стратегически важных кадровых решений и доминирования личностно-политических мотивов в принятии решений. Кроме того, это сигнал, что иммунитет от серьезных проблем – как политических, так и личностных – распространяется все на меньшее количество представителей элиты.

Татьяна Становая – руководитель аналитического департамента Центра политических технологий

Реклама

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

ПРЕЕМНИК ШОЙГУ

ПОЛИТКОМ

Сегодня политический обозреватель «Коммерсанта» Станислав Кучер выдвинул сенсационную версию, что назначение Сергея Шойгу министром обороны является подготовкой к президентскому будущему бывшего главы МЧС: якобы именно Шойгу должен в скором времени стать преемником нынешнего главы государства, а сам Путин – уйди досрочно. Версия действительно очень красивая. Однако сам факт ее появления скорее указывает на то, что часть «прогрессивной общественности» очень хочет выдавать желаемое за действительное.

Сразу важно оговорится, что чисто логические выкладки при анализе развития путинского режима зачастую не имеют никакого значения. Никто не мог предположить, что Сергей Шойгу будет губернатором Подмосковья всего полгода. И мало кто верит сегодня в то, что именно так поступить с Сердюковым Путин планировал несколько месяцев назад. Особенностью российской политической ситуации является ее непредсказуемость и высокая степень спонтанности в принятии важных решений: то, как будет выглядеть кадровая конфигурация через год, вряд ли прекрасно себе представляет сам Путин.

Появление в СМИ снова темы преемника – само по себе примечательно. Политологи и журналисты забыли об этом еще 4 года назад, когда стало понятно, что на четырехлетний срок, как минимум, президентом вместо Путина станет Медведев. Потом интриги не было: наиболее вероятными сценариями было либо переизбрание Медведева, либо возвращение Путина. Вариант с «третьим кандидатом» обсуждался недолго и считался маргинальным.

Однако теперь эта тема обретает новый смысл. Что будет в 2018 году? Слишком много факторов сегодня складывается против переизбрания Путина. Во-первых, ему будет уже 66 лет (хотя, конечно, железным аргументом это не назовешь). Во-вторых, и в этом скорее главное, — от него устали. Сам Путин становится дестабилизирующим фактором для части российского общества, пусть и находящегося в меньшинстве, но весьма активного и влиятельного. Признает это сам президент или нет, для нашего анализа неважно. Важно, что возвращается тема смены президента на кого-то другого, новая война за преемника.

Теперь каждая фигура, которая повышается или приближается к Путину, будет рассматриваться с точки зрения вероятного преемничества. Шойгу в этом плане очень удобный кандидат. Он почти ка двойник Путина – герой, спасатель, компетентный, в хорошей форме, с высоким рейтингом. И неважно, что ему в 2018 году будет 63 года (он всего на 3 года моложе Путина). Неважно, что половина путинских «друзей» реально опасается этой «темной лошадки», и что Шойгу никогда не был по-настоящему близок к Путину. Важно, что части российской элиты очень хочется поверить в то, что эра Путина скоро закончится. Кстати, а что мы знаем про Шойгу, кроме того, что он создал полностью подконтрольный ему механизм организации работ в чрезвычайных ситуациях? Что он думает про российско-американскую «перезагрузку», про покупку «Роснефтью» ТНК-BP, про приватизацию, про пенсионную реформу? Про Шойгу в этом плане неизвестно практически ничего, зато главное – он бесконфликтный, легко адаптируется в ситуации (неслучайно он 18 лет руководил МЧС), он комфортный чиновник для начальства. Но разве это определяет, готов ли Путин передать власть кому-то еще?

В экспертном сообществе вариант добровольного ухода Путина с передачей власти преемнику становится одним из самых «любимых» сценариев. На роль преемника осторожно претендует, например, бывший вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин. Теперь вот появилась фигура Шойгу. Наверняка вскоре всплывет и версия с кандидатом «силовиков». Но никто не задумывается, о чем реально думает сам Путин и что мешает ему оставаться на своем посту и после 2018 года. Страх перед революцией? А верит ли он в нее? Боится ли он? Именно здесь надо искать ответы на вопросы о будущем России, а не в новых кадровых назначениях, за которыми иногда может не стоять ничего, кроме как желание прикрыть очередной провал в работе министерства.

08.11.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

ОЖИДАНИЯ НЕСТАБИЛЬНОСТИ

ПОЛИТКОМ

Алармистские и пессимистические оценки в отношении ситуации, которая на сегодня складывается в стране, звучат все чаще, причем не от оппозиции, а со стороны представителей влиятельной элиты, в том числе имеющей доступ и к массовому телевидению. На прошедшей неделе глава «Роснано» Анатолий Чубайс заявил, что новые массовые акции протеста могут вспыхнуть в любое время и это уже становится неизбежным сценарием развития политической ситуации в России. Телеведущий Владимир Познер в эфире своей программы «Познер» на Первом канале резко осудил действия СКР в отношении оппозиционера Леонида Развозжаева. Все это является свидетельством роста внутри российского истеблишмента ожиданий будущей политической дестабилизации, что неожиданно наложилось и на слухи о подорванном здоровье президента Владимира Путина.

И Анатолий Чубайс, и Владимир Познер далеко не впервые делают политически значимые заявления. Чубайс, например, никогда не скрывал, что модернизационная повестка дня Дмитрия Медведева в большей степени отвечает запросам общества, чем повестка Путина, хотя прямо он никогда двух лидеров не противопоставлял. На международном экономическом форуме в октябре 2011 года Чубайс говорил, что «пока экономическая жизнь в России в последние годы развивалась, политическая — деградировала. Рано или поздно эти две стороны одной медали, эти два процесса должны дополнить друг друга». Тогда кстати, и Чубайс, и присутствовавший на форуме Дмитрий Медведев приложили массу усилий к тому, чтобы убедить инвесторов, что курс на модернизацию в связи с возвращением Путина на пост президента, свернут не будет. Вероятно тогда, год назад, Чубайс считал, что вслед за экономическим развитием последует и прогресс в развитии политической сферы. Однако на сегодня в словах главы «Роснано» ощущается явное разочарование.

В интервью, опубликованном 29 октября в журнале «Итоги», глава Роснано экспрессивно заявил: «То, что в последний раз на марш вышло не сто тысяч, а тридцать, не говорит о затухании. Фигня это! Будет еще десять митингов, на которые выйдут три тысячи человек, а потом вдруг соберется полмиллиона». В этом Чубайс, по его словам, «уверен на сто процентов». Общество в любом случае будет добиваться политических преобразований, считает глава «Роснано». «Этот поезд обратно не едет. Он способен пробуксовывать в зависимости от массы факторов, начиная от времени года и погоды, заканчивая экономическим кризисом. Но новое качество состоялось, оно может развиваться крайне медленно, тем не менее, движение началось», — сказал он, обрушившись с критикой на российский суд, коррупцию и другие «беды России». Движение оппозиции, по мнению Чубайса, свидетельствует о появлении в стране среднего класса. «Да, пока он московский, питерский и немного екатеринбургский, да, в нем нет явных лидеров, я абсолютно не уверен, что нынешние организаторы митингов останутся во главе движения, но процесс пошел, его не остановить», — уверен глава «Роснано».

Спустя два дня в СМИ были опубликованы результаты очередного социологического исследования, проведенного «Левада-центром». По данным центра, за период нахождения у власти Владимира Путина выросло новое поколение, которое, не застав времен похуже, требует перемен. Больше половины (57%) граждан РФ считают, что стране нужны реформы, при этом каждый пятый выступает за «решительную смену системы власти в стране», поскольку «половинчатые меры ничего не дают». Лишь 10% опрошенных социологами из «Левада-Центра» готовы жить в условиях «нынешней стабильности», еще 19% считают, что нынешние власти делают достаточно для реформирования государства. «Назрели ожидание перемен и понимание, что выборы не являются надежным механизмом смены власти, — пояснил Reuters директор «Левада-Центра» Лев Гудков. — Некоторая усталость от Путина весьма ощущается и идет падение доверия к путинскому руководству, но одновременно — ощущение безальтернативности». Стабильность как центральный приоритет, имевший критическое значение в начале 2000-х годов отодвигается на второй план, постепенно приобретая и «оборотную сторону» — признаки «застоя».

При этом политическая линия Кремля становится все более спорной. Если в стране так устойчива ситуация, оппозиция маргинальна и неспособна предложить свои пути развития государства, а президент опирается на большой рейтинг (как об этом недавно сам заявил Владимир Путин), тогда к чему показывать разоблачительный фильм «Анатомия протеста-2», арестовывать два десятка участников акции на Болотной 6 мая, задерживать оппозиционных лидеров при попытке проводить акции и, наконец, арестовывать представителей оппозиции якобы за подготовку массовых беспорядков в России на деньги грузинских политиков и спонсоров из числа беглых российских олигархов? Власть своими поздними решениями проявляет слабость, пытаясь представить рост оппозиционных настроений как результат происков внутренних врагов, к которым требует применения все более и более одиозных и жестких мер. Ситуация с вывозом Леонида Развозжаева из Киева при отсутствии в стране тоталитарной системы сразу стала достоянием общественности, а все «добровольные признания» утратили свой разоблачительный смысл.

Более того, при всех авторитарных тенденциях Кремль допустил в эфир главного телеканала страны прямую критику следственных органов по делу Развозжаева, что сразу стало политическим скандалом. В своей авторской воскресной программе журналист Владимир Познер обратился к представителю Следственного комитета России Владимиру Маркину по делу Развозжаева. «Господин Маркин сказал, что верит только фактам и что сам Развозжаев собственной рукой написал десять страниц признания. Таких, от руки написанных, признаний в архивах КГБ сотни тысяч. И известно, как были получены эти признания», — заявил журналист в своей воскресной программе «Познер». Вслед за этим депутат Госдумы от «Единой России» Илья Костунов обратился к руководству Первого канала с требованием предоставить Познеру эфир для принесения извинений за необоснованную критику в отношении Следственного комитета. В противном случае ему лучше уйти в отставку. Показательно, что в информационном пространстве «наезд» Костунова на Познера вызвал гораздо больший резонанс, нежели слова самого Познера. В СМИ и блогах поднялась волна защиты известного телеведущего, а Костунов был вынужден оправдываться. «Старший товарищ» Костунова, вице-спикер Госдумы от фракции «Единая Россия» Сергей Железняк заявил, что реакция Костунова на монолог Познера о судебной системе России была вызвана эмоциями, а не рациональными действиями, и посоветовал ему не вмешиваться в редакционную политику «Первого канала». Характерно, что несколько ранее Железняк критично отозвался о высказывании Познера, заявив, что тот «использует эффектное, но некорректное сравнение», что было расценено в СМИ как поддержка Костунова. Однако затем он дистанцировался от своего коллеги.

При этом открытым остается вопрос, почему руководство Первого канала не вырезало эти резкие высказывания Познера из общероссийского эфира, как происходило время от времени ранее, когда критичные сюжеты транслировались только на Дальний Восток?

Владимир Познер – особенная для власти фигура. На сегодня он вместе с главным редактором «Эха Москвы» Алексеем Венедиктовым занимает совершенно особенное положение в российских медиа. Обладая доступом к массовой аудитории, Познер, в частности, практически всегда имел возможность доносить свою точку зрения до своих зрителей, выбирая при этом достаточно мягкие формы критики в адрес власти. Кремль такая ситуация устраивает, прежде всего, в силу особого персонального отношения Путина к Познеру и Венедиктову. Однако последнее заявление, представляется, может иметь далеко идущие последствия: когда одна силовая структура выполняет «грязную работу» в соответствии с политическими запросом сверху, а затем подпадает под острую критику, это рождает конфликтную ситуацию, в которой Кремль пока не занимает однозначной позиции. Несмотря на жесткий курс в отношении оппозиции, Познеру позволяется критично высказываться о методах «силовиков», а слишком ортодоксального Костунова поправляет более высокопоставленный «единоросс».

Однако главное, в данном случае, не дело Развозжаева, а рост количества негативных сигналов, исходящих от истеблишмента России. Познер, Чубайс, ранее – исследование Центра стратегических разработок (при всей спорности его некоторых предварительных выводов, частично дезавуированных Михаилом Дмитриевым) – все они отражают рост негативных ожиданий значительной части элиты и непонимание вектора, по которому страна начала развиваться в последние несколько месяцев. Ужесточение законодательства, весьма одиозные инициативы по поводу расширения понятия госизмены, расширения инструментов для контроля контента в интернете, «политизация РПЦ» и т.д. – все это ставит множество вопросов о стратегии, которой сегодня придерживается Кремль, а также содержании «курса», единственным наполнением которого оказывается консервирование режима и сохранение стабильности. Все это устраивает близких к Путину силовиков, которые, несмотря на их влияние, все же составляют меньшую часть элиты.

Приоритет стабильности всегда был неразрывно связан с образом сильного и эффективного руководителя, постоянно находящегося в идеальной физической форме. По этому образу «национального лидера» нанесен информационный удар слухами о подрыве здоровья Владимира Путина. Наблюдатели обращают внимание на серию отмененных визитов президента. Последний визит Путин нанес в Ульяновск и Таджикистан, после чего встретил 60-летний юбилей в Петербурге, и с тех пор лишь трижды выезжал из Ново-Огарева на официальные мероприятия. Обычно же президент в месяц посещал 2-4 региона и совершал несколько поездок за рубеж, напоминает издание. Так, саммит СНГ в Ашхабаде состоится 5 декабря, а до начала этой недели был намечен на 1-2 ноября. На декабрь перенесены и другие зарубежные визиты Путина, намечавшиеся на октябрь и ноябрь. Поездка в Турцию планируется 3 декабря, в Индию — 24 декабря. Представитель турецкого премьера Реджепа Эрдогана заявлял, что визит переносится с 15 октября по просьбе российской стороны. Как писала газета «Ведомости», болгарская газета «Стандарт» сообщила, что переносится и намеченный на 9 ноября приезд Путина в Болгарию. Наконец, большой резонанс вызвали слухи об отмене традиционной «прямой линии» президента: Владимир Путин общался с населением в эфире центральных телеканалов на протяжении последних 11 лет. Вскоре стало известно, что мероприятие не отменено, а перенесено на теплое время года. Однако эта мотивировка показалась журналистам недостаточной, так как раньше такой заботы о гражданах, участвующих в общении с Путиным, власть не проявляла.

В конце прошедшей неделе тема здоровья Путина стала едва ли не самой главной. Анонимные источники говорили Reuters, а затем «Ведомостям», что у президента серьёзные проблемы со спиной. Все это дает почву для подозрений и сплетен о плохом самочувствии президента, которые, впрочем, представляются преувеличенными. Путин продолжает, как и ранее, принимать ключевые политические решения, вплоть до внешне второстепенного, но значимого для умеренных либералов вопроса о составе Совета по правам человека. Однако эта тема оказывается важным фактором внутриполитической ситуации в России, провоцируя наращивание внутриэлитных споров и конфликтов. Ведь при персоналистском режиме даже минимальная неопределенность со здоровьем вождя рождает и рост неопределённости в отношении стабильности политического режима, страхов утраты управляемости.

Более важным представляется, однако, другой, куда менее обсуждаемый, сюжет. Путину все сложнее выполнять арбитражные функции в своем окружении, в полной мере контролировать вертикаль власти. Игорь Сечин и Геннадий Тимченко в октябре помирились, но никто сейчас не может сказать, как долго продлится их перемирие при объективно различных экономических интересах. Сохраняется эффект от громкой отставки министра Олега Говоруна. «Раскручивается» интрига вокруг министра обороны Анатолия Сердюкова – в деле «Оборонсервиса» появились первые арестованные, руководитель центра правовой поддержки «Эксперт» Екатерина Сметанова и ее гражданский муж Максим Закутайло. Попытки защиты добиться вынесения меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, были отвергнуты судьей Мариной Сыровой, известной, кстати, своим участием в знаковом для власти «деле Pussy Riot». Сметанова, по данным СМИ, является хорошей знакомой другой фигурантки — экс-главы Департамента имущественных отношений Минобороны Евгении Васильевой, у которой на квартире в рамках того же расследования изъяли более трех миллионов рублей, антиквариат, драгоценности и документы, имеющие отношение к делу.

Создается впечатление, что режим взял на себя максимум «политической нагрузки», не справляясь с высоко поставленными планками в силу собственной недостаточной эффективности. Логика развития политической ситуации подталкивает Кремль к усилению авторитаризма. Однако психологическая неготовность элиты к авторитаризму рождает критическое противоречие, которое может стать одним из основных вызовов для политической системы.

Татьяна Становая – руководитель аналитического департамента Центра политических технологий

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

Шойгу – министр на все руки

Моя колонка на Слоне

http://slon.ru/russia/ministr_na_vse_ruki-848478.xhtml

Сегодня утром стало известно, что президент России Владимир Путин отправил в отставку министра обороны Анатолия Сердюкова. Этого решения многие ожидали: глава оборонного ведомства давно был кандидатом на вылет, а последние скандалы, связанные с подведомственным ОАО «Оборонсервис», только подтолкнули давно назревавшее решение. Зато полной неожиданностью оказалось назначение преемником Сердюкова губернатора Московской области и бывшего министра по чрезвычайным ситуациям Сергея Шойгу. Это самый яркий признак кадрового кризиса, сложившегося на федеральном уровне российской власти.

За последний месяц это уже вторая отставка в правительстве Медведева. Ранее достаточно громко (пусть и не для массовой аудитории, но для истеблишмента точно) хлопнул дверью министр регионального развития Олег Говорун. Это было формой личного протеста против методов управления, применяемых Путиным: президент обвинил министра в срыве процесса подготовки федерального бюджета, Говорун с этим не согласился. Однако ситуация с Сердюковым принципиально иная. В мае этого года, когда Путин вернулся на пост президента, министра обороны оставили лишь потому, что тогда не удалось согласовать кандидатуру его преемника. Путину министр не нравился давно, прежде всего из-за его многочисленных конфликтов с лоббистами из военно-промышленного комплекса, Игорем Сечиным, Сергеем Чемезовым и другими влиятельными фигурами. Но Сердюков был нужен Медведеву как чистильщик генеральского хозяйства. Однако после ухода Медведева из Кремля Сердюков перестал должным образом уважать своего бывшего патрона, а после демарша с частотами для Общественного телевидения (Минобороны отказалось отдавать частоты телеканала «Звезда» под политически значимый для Медведева проект ОТВ) у Сердюкова практически не оставалось никакой политической протекции, спасавшей его все последние годы. Тут его и съели.

Расследование дела вокруг «Оборонсервиса» в данном случае стало следствием уже предрешенной судьбы министра. Трудно себе представить уголовное дело против Игоря Сечина или главы АП Сергея Иванова. Система выстроена на защиту «своих» от любых попыток внешнего и внутреннего контроля, если за одним из приближенных к Путину обнаруживается «грешок», все, как правило, решается очень тихо и мирно. Снятие Сердюкова – это результат полного исчезновения политического иммунитета.

Гораздо более интересным в нынешней ситуации является назначение Сергея Шойгу министром обороны. Это кадровое решение – очевидный признак хаотизации кадровой политики России и доказательство отсутствия каких-либо долгосрочных планов и стратегий в реализации той или иной линии в политике федеральных ведомств. Сергей Шойгу оказался очень гармонично вписан в политическую среду Московской области. Его решение было позитивно принято населением, губернатор провел образцовые выборы на местном уровне – без скандальных снятий оппозиционных лидеров, красиво проигравших в практически честной борьбе. Надо признать, что назначение Шойгу было разумным кадровым решением: ведь Московская область после нескольких лет правления Бориса Громова «заросла» системными проблемами: межкриминальными войнами, вечными экологическими протестами федерального масштаба и хаотичными застройками без какой-либо минимальной социальной инфраструктуры. Шойгу начал быстро наводить порядок, восстанавливать доверие населения к институтам власти. И тут неожиданно он оказался брошен на пост министра обороны. Сейчас это одна из самых высмеиваемых тем в социальных сетях и блогах. Вряд ли Путин сейчас осознает, насколько серьезный имиджевый удар он нанес себе лично, признав своим кадровым решением, что не способен доверять профессионалам и может легко перечеркивать пять лет работы Сердюкова из-за страхов перед чрезмерным ростом конфликтов внутри одного из ключевых ведомств. Кстати, наверняка на пост главы оборонного ведомства претендовал вице-премьер Дмитрий Рогозин. Однако из-за политизированности и конфликтности его фигура была «забракована» как вероятный источник скорее проблем, чем их решений.

Интересно, что исполняющим обязанности главы Московской области назначен заместитель Шойгу по области Руслан Цаликов. Последние несколько лет он был правой рукой Шойгу в МЧС, затем в руководстве Московской области. Если Кремль примет решение о его поддержке на губернаторских выборах, это будет означать, что Сергей Шойгу останется неформальным куратором области. Да и сами выборы пройдут только через год, то есть Цаликов будет руководить областью без всякого рода легитимации достаточно длительное время. И это снова доказательство того, что у Кремля нет другого «своего» кандидата на пост главы региона, – достаточно поставить человека Шойгу.

Правительство России очевидно штормит. Вторая отставка за последнее время, уголовное дело против людей из ближайшего окружения министра обороны. Да и сам министр рискует оказаться под следствием – Следственный комитет не исключает, что скоро вызовет Сердюкова на допрос. Дмитрий Медведев пока молчит. Точнее, сегодня он выступал в Лаосе на форуме АСЕМ. Эта ситуация носит весьма двусмысленный характер: каждый федеральный министр неизбежно задумывается сегодня о том, что именно может произойти, прояви он недолжное почтение к Кремлю или персонально президенту. Медведев доказал, что его личное заступничество (как наверняка было в ситуации вокруг Говоруна) не дает никаких гарантий. И даже трудности в согласовании кандидатур преемников на гипотетические вакантные места уже не является препятствием: у Путина всегда есть набор «министров на все руки», которые придут и спасут и министерство, и правительство, и президента. Вопрос лишь в том, что таких специалистов – единицы, а число утративших доверие растет, что в итоге может вылиться в неуправляемый кадровый кризис.

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles