Monthly Archives: Июнь 2012

ИНТЕРНЕТ-ГОЛОСОВАНИЕ ПРЕСЕЧЕНО ЕЩЕ В ПЛАНАХ

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/14095.html

Как сегодня выяснилось, Кремль все-таки отказался от интернет-голосования по кандидатурам в президентский совет по развитию гражданского общества и правам человека. Об этом «Газете.ру» заявил глава совета Михаил Федотов. Кандидатуры, как и раньше, будет предлагать председатель Совета, а окончательное решение останется  за Владимиром Путиным.

Напомним, что на днях Кремль обнародовал свою новую задумку по формированию СПЧ, суть которой, собственно состояла в том, чтобы отодвинуть от этого процесса главу Совета Михаила Федотова. Кому-то в АП сильно не понравился список кандидатов, составленный Федотовым, куда, по данным «Ведомостей», были включены видные деятели протестного движения. Поэтому функцию формирования списка было решено доверить самому обществу, а точнее некоммерческим общественным организациям, которые должны были выдвигать кандидатуры для голосования в интернете.  Так, планировалось, что с 1 июля на сайте СПЧ будет открыто обсуждение по кандидатурам в состав Совета на 17 мест. Федотов говорил, что примерный список кандидатур, подготовленный СПЧ, составляет 27-28 человек. Любые общественные организации могут внести свои кандидатуры в список с 1 июля до 1 августа. «С 1 августа, видимо, до 1 сентября — голосование в интернете», — сказал глава СПЧ, отметив, что в голосовании может принять участие любой гражданин.

Сегодня в «Коммерсанте» появилась информация о том, что такой порядок использования интернет-голосования планируется распространить на все президентские советы, чтобы повысить качество их состава и авторитет. Кремлевские источники газеты сообщили, что вчера в администрации президента вновь совещалась рабочая группа из представителей СПЧ и управления внутренней политики президента. Группа работает над механизмом выдвижения членов СПЧ путем интернет-голосования. К окончательному решению группа не пришла. Как отмечают в Кремле, представители СПЧ хотят получить большее влияние на формирование совета — например, самим определять, кого по итогам голосования выносить на рассмотрение президента, или получить право вынесения вето на отдельные кандидатуры. Однако источники «Коммерсанта» в администрации президента подчеркивают, что позиция Кремля в этом вопросе остается неизменной.

Теперь же получается, что за ночь Кремль снова передумал. «Переговоры по механизму формирования совета продолжаются, идут консультации с администрацией президента. Одно могу сказать точно: никакого интернет-голосования не будет. Я настаиваю на том, чтобы общественные организации выдвигали кандидатуры, а уже я выбирал на основе консультаций с общественностью и по согласованию с президентом. Интернет-голосованием можно выбирать любимых певцов, но мы же не выбираем футбольную команду», – рассказал Федотов корреспонденту «Газеты.Ru» на конференция «Права ребенка – права человека?».

Собственно, можно выдвинуть две версии такой переменчивости. Например, это может объясняться внутри кремлёвской шизофренией, когда существует как минимум две стороны конфликта и каждая считает, что заручилась поддержкой «главного» и имеет все шансы презентовать единственно верную позицию. В таком случае нельзя исключать, что скоро появится опровержение некого источника в Кремле. Вторая версия указывает на то, что в Кремле действительно отказались от идеи интернет-голосования, такое решение принято. Это кажется тоже логичным, так как гораздо более странным была сама идея доверить интернет-аудитории выбирать членов СПЧ. Вероятно, что в Кремле погорячились и после более тщательного анализа решили, что это не самый лучший способ «обойти» Федотова. Сам Федотов в такой ситуации вполне может чувствовать себя победителем. Хотя полной уверенности нет уже ни в чем: если Кремль меняет свое мнение каждый день, то нет никакой гарантии, что завтра он снова не вернется к идее интернет-голосования.

28.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

СОВЕТ НА ВЫХОД

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/14087.html

Совет по развитию гражданского общества и правам человека продолжают покидать видные члены. Вчера стало известно, что заявление написал глава РСПП Игорь Юргенс. Кремль сразу «отомстил», «слив» в СМИ информацию, что Юргенс просто обиделся на назначение Бориса Титова уполномоченным по правам бизнесменов: Юргенс был номинирован на эту должность со стороны РСПП. Однако мотивы тут становятся вторичными. Важно, что с каждым подобным решением авторитет Совета и его перспектива становятся все более спорными. Однако у оппозиции, напротив, появляется возможность более активно принимать участие в формировании СПЧ.

«Я написал заявление о выходе из состава Совета», — сказал Юргенс «Интерфаксу». В качестве обоснования своего ухода он назвал две причины, одна из которых — изменение процедуры отбора в Совет новых членов — ранее послужила поводом для выхода из Совета еще ряда правозащитников. «Я в таком квазидемократическом отборе участвовать не хочу. Сконцентрируюсь на других проблемах. Желаю всего наилучшего тем, кто будет работать в правозащитном Совете», — сказал Юргенс. «Люди в этой сфере штучные, доказавшие всей своей жизнью, что они борются за права человека. А когда начинается политтехнология — давайте мы выдвинем на каждое вакантное место по несколько кандидатов и дадим право президенту выбирать, — все становится понятно. Это попытка относительно интеллигентным способом избавиться от ненужных людей», — комментировал накануне Юргенс новый формат отбора в СПЧ «Московским новостям».

Другая причина ухода Юргенса связана с его деятельностью в РСПП. «РСПП выдвинул меня кандидатом на должность уполномоченного по правам предпринимателей. Президент назначил уполномоченным Титова. Прекрасный выбор. Правами предпринимателей, чем я занимался в президентском Совете, сейчас логичнее заниматься Титову», — сказал Юргенс.

На это незамедлительно ответил источник в администрации, попытавшийся разоблачить истинные мотивы Юргенса. «Всем известно, что господин Юргенс на прошлой неделе не скрывал желания продвинуться ближе к власти и стать уполномоченным по защите прав предпринимателей. В связи с тем, что его кандидатура была поддержана только одной организацией, выбор остановился не на нем. В этой связи в заявлении Игоря Юргенса больше личной обиды, чем желания внести вклад в правозащитную деятельность», — сказал во вторник источник в администрации.

Судя по этому заявлению, и сам источник испытывает обиду на Юргенса за его вклад в развал нынешнего Совета, чей состав Людмила Алексеева недавно назвала самым сильным за все последние годы. Источника тоже можно понять: игра в новую с виду более демократическую процедуру никак не получается, а заявления о выходе из совета наносят всякий раз все новый и новый удар по репутации этого органа.

При этом совершенно непонятно, почему оппозиция не хочет воспользоваться фактом введения новой процедуры. Раньше кандидатов в Совет предлагал его глава, и всем было понятно, что фамилии, поступающие на подпись президента, так или иначе уже согласованы в администрации. Сейчас появились новые возможности. Так, с 1 июля на сайте СПЧ будет открыто обсуждение по кандидатурам в состав Совета на 17 мест. Федотов говорил, что примерный список кандидатур, подготовленный СПЧ, составляет 27-28 человек. Любые общественные организации могут внести свои кандидатуры в список с 1 июля до 1 августа. «С 1 августа, видимо, до 1 сентября — голосование в интернете», — сказал глава СПЧ, отметив, что в голосовании может принять участие любой гражданин.

Власть даже не представляет пока, в какую ловушку она сама себя загоняет. Причем дело даже не в том, что она рискует получить нелояльных членов Совета (скорее всего тут все будет нормально), а в том, что она подставляется под критику, дает множество поводов заподозрить нечестность голосования или блокирование тех или иных фигур. Например, что будет делать Путин, если из 39 представленных кандидатур ему придется выбирать наименее популярных? Какой смысл в голосовании, если затем президент может взять из списка кого ему угодно?

Оппозиция в такой ситуации может пойти одновременно двумя путями. Во-первых, выдвинуть своих представителей и мобилизовать аудиторию на их поддержку, а, во-вторых, провести альтернативное голосование по тому же списку на независимой площадке, чтобы потом можно было сравнить результаты. И вообще, почему бы оппозиции не подумать о создании собственного «теневого» Совета по правам человека, пригласив туда всех вышедших из совета президентского? Сейчас сама власть дает много возможностей для использования ее собственных слабых мест для продвижения интересов ее критиков.

27.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ ЛУЖКОВА

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/14083.html

Как стало известно русской службе BBC, бывший мэр Москвы Юрий Лужков может уже сегодня вернуться в большой бизнес. На вторник намечено собрание акционеров «Объединенной нефтехимической компании», главой которой предложено стать бывшему столичному начальнику. Возможность политической реабилитации де-факто появилась у Лужкова после того, как стало известно, что на пост президента возвращается Владимир Путин, который никогда не выступал за конфликт с бывшим мэром.

Увольнение Юрия Лужкова произошло 28 сентября 2010 года. Это решение принято персонально президентом Дмитрием Медведевым, который на протяжении нескольких месяцев находился с бывшим мэром в конфликтных отношениях. По слухам, еще с начала 2010 года тогда еще президент пытался искать замену столичному градоначальнику. Однако у Путина к Лужкову было более лояльное отношение. Во-первых, Путин считал, что отставка повышает политические риски для стабильности в столице, особенно с учетом предстоящих на тот момент парламентских и президентских выборов. Лужков доказал, что готов жестко использовать милицию против несанкционированных акций протеста.

Во-вторых, Лужков выстроил отношения с ближайшим окружением Путина, прежде всего, с Игорем Сечиным. По некоторым данным, именно при посредничестве Сечина Лужкову удалось в мае 2010 года убедить премьера не увольнять его. Тогда Медведев согласился с мнением Путина, и вопрос был «закрыт» на несколько месяцев.

В-третьих, у Путина были достаточно спокойные отношения с Лужковым: у премьера очевидных политических претензий к мэру не было, несмотря на то, что история их отношений начиналась с острого конфликта. К концу 1999 года, когда Путин был премьер-министром и поддерживал блок «Единство» на выборах в парламент, другой блок, объединяющий региональных лидеров во главе с Лужковым, «Отечество-Вся-Россия», был главным конкурентом пропутинского объединения, и угроза была очень высока. Тогда у Путина и Лужкова отношения были крайне негативными, оба находились в ситуации открытого противостояния. Лишь после поражения, а также понимания, что в стране меняется ситуация и Путин ужесточает режим, Лужков понял, что правильнее будет сотрудничать с Кремлем, а не «воевать». Тогда отношения и стали налаживаться, хотя теплыми их никогда нельзя было назвать.

На протяжении всех лет правления Путина, его отношения с Лужковым были сдержанно-рабочими. Поэтому действующий президент считал, что просто проще оставить Лужкова до конца срока его правления, чем искать ему замену.

Однако ситуация радикально изменилась в августе 2010 года. Лужков, получив от Путина гарантии сохранения места, начал атаковать Медведева в подконтрольных ему средствах массовой информации. С этого момента конфликт перерос в новую стадию, и Кремль пошел на ответную критику. Конфликт превратился в межличностный, и для Медведева увольнение Лужкова стало вопросом чести. Путин на этом фоне был вынужден выбирать между Лужковым и Медведевым, так как их примирение оказалось невозможным. По некоторым данным, Путин указал Лужкову на необходимость принести Медведеву извинения. Столичный градоначальник это отверг. В итоге за отставку Лужкова выступил и Путин.

Однако политического ресурса Медведева явно не хватило для того, чтобы полностью разоблачить и дискредитировать бывшего мэра. Хотя снятие политического иммунитета открыло возможности для конкурентов Лужкова и его супруги Елены Батуриной начать атаки на их бизнес, значительная часть которого в итоге была продана с большим дисконтом. Тем не менее, при худшем сценарии, Лужков мог быть обвинен в злоупотреблении властными полномочиями, в коррупции (предупреждения уже звучали из уст тогда еще главы президентской администрации Сергея Нарышкина). Батурина занялась развитием бизнес-проектов за рубежом, а Лужков на время и вовсе исчез из поля зрения.

Впервые слухи о возможности его «возвращения» появились в конце апреля прошлого года. Основной владелец финансово-промышленной группы АФК «Система» Владимир Евтушенков, считавшийся всегда близким к московским властям бизнесменом, предложил бывшему мэру Москвы Юрию Лужкову должность в нефтехимическом подразделении своей корпорации. Однако на тот момент Лужков от нее отказался. Теперь решение все-таки принято.

Через «Башнефть» 75% акций ОНХК принадлежат АФК «Система». Общаясь с журналистами, Евтушенков отмечал, что Лужков — не чужой человек в отрасли, так как по образованию он химик и уже успел внести свой вклад в теорию отечественной агрохимии. Но Лужков согласен стать председателем только при условии, что совладельцы не поскупятся и инвестируют в компанию пять миллиардов долларов, а сам он получит долю в бизнесе, сообщил телеканал «Дождь».

Переход в бизнес – наиболее комфортное для Лужкова решение проблемы его настоящего и будущего. Ранее, после отставки, он не раз грозился заняться политикой, обещал подумать над созданием политической партии. Однако на тот момент это скорее было жестом отчаянья, тем более, что оппозиционная деятельность в той ситуации усиливала многократно риски для бизнеса семьи Лужкова. Условием же его возвращение стала практически политическая нейтрализация Дмитрия Медведева. Ведь в конце 2010 года значительная часть элиты, как, вероятно, и сам Медведев, не исключали второго срока. Президент активно расставлял свои кадры, в том числе и в силовых структурах, позволял себе публично спорить с премьером. Теперь с этим покончено и Путин вернул себе статус единственного полноценного лидера страны, при котором Медведев получил лишь статус политического премьера технического правительства. Пошла волна кадровой реабилитации уволенных при Медведеве фигур. Влияние премьера заметно снижено.

Скорее всего, именно это в большей степени, чем протекция Путина, позволило Лужкову принять предложение Евтушенкова. Путин вряд ли стал бы специально заниматься протекцией бывшего мэра, явно не желая раздражать и без того униженного своего партнера по бывшему тандему. Достаточным в нынешней ситуации уже является тот факт, что Путин не настроен негативно. Так что возвращение Лужкова вполне логично, особенно после того, как он на днях позитивно отозвался о нынешнем главе государства.

26.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

СТРАТЕГИЯ НЕПОНИМАНИЯ

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/article.php?id=14071

Президент Владимир Путин в день открытия посетил XVI Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ), где выступил с речью. Помимо вопросов экономики, он сделал с трибуны «русского Давоса» ряд заявлений политического характера. Выступление Путина воспринято весьма противоречиво: все активнее расходятся точки зрения экспертов и госчиновников в отношении предотвращения экономических рисков, а также растет напряженность между властью и оппозицией.

Особенностью нынешнего выступления Путина стал контраст между информационной картинкой и оценками, прозвучавшими из уст президента. Причем это касается всех наиболее важных затронутых Путиным вопросов.

В политической сфере глава государства выступил с подчеркнуто демократических позиций, заявив, что власть готова к диалогу с оппозицией. «Соблюдая интересы большинства, надо обеспечить права меньшинства», — сказал Путин и добавил, что «власть открыта для диалога». Путин, однако, отметил, что стремление к изменениям должно иметь свои пределы, и что каждый, кто претендует на то, чтобы заниматься политикой, и считает себя политиком, обязан выражать свое мнение в рамках закона. «Жажда перемен — это безусловно двигатель прогресса, но она становится контрпродуктивной и опасной, если ведет к разрушению гражданского мира», — подчеркнул Путин.

Уже сам факт признания такого запроса на перемены – важный знак, который свидетельствует о понимании властью, что в политическом сознании общества происходят качественные сдвиги. Тем не менее, позиция Путина остается «охранительной», направленной на защиту государствообразующих институтов. Это явно оборонительная позиция против растущего «снизу» давления. Признал наличие запроса на перемены и первый вице-премьер Игорь Шувалов. «Мы обязаны работать со всеми, и теми, кто выходит на Болотную площадь, проспект Сахарова, и с теми, кто не согласен с ними», — сказал он.

Эти оценки прозвучали большим диссонансом с происходящим. В последнее время наряду с активизацией оппозицией, ужесточаются и ответные меры со стороны власти. Помимо принятия более сурового закона о митингах и шествиях, проведения обысков у лидеров оппозиции, начались задержания и аресты участников акции 6 мая. Всего арестовано 13 человек, один задержанный был отпущен. При этом сами подозреваемые в причастности к беспорядкам 6 мая рассказывают, что следствие на них оказывает давление с целью дать показания, в частности, против Алексея Навального, которого одновременно, подозревают в «отмывании финансовых ресурсов» через «Яндекс-кошелек»: туда поступают средства для проекта «Роспил». Проверка началась Росфинмониторингом по инициативе депутата «единоросса» Ильи Костунова. Впрочем, компания «Яндекс» заявила, что компромат на Навального является подделкой.

Пока неясно, какова стратегия власти: реализуется ли наиболее жесткий сценарий, с уголовными сроками для участников акции 6 мая, а также лидеров оппозиции, или это стратегия запугивания.

Нельзя исключать, что как таковой стратегии у Кремля нет, и власть пытается пробовать разные меры, испытывая терпение оппозиционеров и не отметая полностью возможность «посадок». Интересно, что недавно в журнале «Власть» появился «слив»: кремлевский источник уверял, что обыски в квартирах оппозиционеров были абсолютной инициативой Александра Бастрыкина, который, тем самым, пытался избежать отставки. Отставка ему якобы грозила из-за скандала вокруг «Новой газеты», организованной конкурентами СКП из Генпрокуратуры. Такая версия кажется малоубедительной: скорее это похоже на попытку части кремлевской администрации успокоить общественность, убедив ее, что пока никакого «закручивания гаек» не происходит.

Все это создает впечатление «расшатывания» внутри власти, которая становится слишком «многоголосой». Если раньше борьба и конкуренция разных групп влияний была скрытой и на публике появлялось лишь окончательное политическое решение (при этом участники обсуждений не предпринимали самостоятельных шагов до утверждения этого решения), то сейчас, каждая «башня» стремится сыграть на опережение и проявить себя уже в конкретных шагах в отсутствие внятной стратегии и решений со стороны «национального лидера». Подтверждением этого стала, например, попытка главы СКР Александра Бастрыкина добиться разрешения Госдумы на возбуждение уголовного дела в отношении депутата от КПРФ Владимира Бессонова. Он обвиняется в избиении полицейских на одном из митингов в декабре прошлого года. Госдума в прошении главы СКР отказала, указывая, что подобный запрос может направлять на рассмотрение нижней палаты парламента только генпрокурор (а прокуратура, в свою очередь, пока не обозначает свою позицию).

Все это лишь подтверждает, что власть пока сама не может определиться, где находится граница между допустимым «закручиванием гаек» и диалогом с оппозицией. По большому счету, вопрос о диалоге с оппозицией всерьез обсуждался в публичном пространстве только в течение нескольких дней в декабре, когда Алексей Кудрин пытался взять на себя посредничество в этом вопросе. Но уже в конце декабря стало ясно, что диалога не будет, по крайней мере, до окончания президентских выборов, когда Путин мог бы вести его с позиции силы. Оппозиционеры не создали легитимной структуры, с которой можно было бы вести переговоры (ее координационный совет будет сформирован, видимо, только осенью). А после окончания избирательной кампании власть почувствовала себя уверенно и пришла к выводу, что протест «выдыхается». Таким образом, диалога не получилось, что способствовало радикализации оппозиции и увеличению количества раздражителей для нее – от разгона лагеря «ОккупайАбай» до преследований конкретных активистов. Поэтому нынешние слова президента воспринимаются как минимум с недоверием, как максимум – в качестве издевательства. «Если будут продолжаться аресты, обыски, то о каком диалоге можно вести речь? У нас сейчас идет диалог со следователями Следственного комитета, а не с членами открытого правительства», — сказал Сергей Удальцов в четверг «Интерфаксу».

На форуме Путин предложил обдумать вместе с оппозицией форуму национальной модели демократии. Однако ни формата диалога, ни его участников объявлено не было. Он отметил, что власть должна защищать интересы большинства, при этом интересы меньшинства тоже должны быть разумно защищены. По большому счету это выглядит не более чем формулой легитимации текущего режима.

Второй большой блок вопросов, который вызывает не менее противоречивые чувства – это проблема улучшения инвестиционного климата. Во второй половине дня Путин встретился с главами зарубежных инвестфондов и банков и предложил поделиться теми проблемами, с которыми они сталкиваются в России. «Для нас очень важно услышать ваши оценки того, что происходит в нашей стране, с какими проблемами вы сталкиваетесь, чтобы своевременно внести необходимы коррективы», — цитирует его ИТАР-ТАСС. Однако вместо реформ Путин, опоздавший на пару часов, предпочел поделиться набором традиционных обещаний.  Он пообещал обеспечить максимально прозрачные и комфортные рыночные условия для иностранных инвестицией в топливно-энергетический комплекс. Президент заметил, что «сегодня на долю компаний с иностранным участием приходится порядка 25% нефтедобычи в России». Создается впечатление, что глава государства действует в старой логике полученного много лет назад кредита доверия.

При этом для улучшения инвестиционного климата предложено лишь введение института уполномоченного по правам бизнесмена. Об этом стало известно еще в конце мая, равно как и решении создать в Генеральной прокуратуре специальную должность, на уровне заместителя генпрокурора, в сфере ведения которой будут права предпринимателей. Однако инвесторы уже много лет говорят о необходимости принятия других системных мер: повышения независимости судебной системы, реформы силовых структур, снижения административного давления на бизнес, повышения эффективности правовой системы. Получается, что власть признает наличие проблемы, но предлагает решения в виде полумер. Доверие к заявлениям политических лидеров продолжает снижаться – в частности, в публичном пространстве высоко недоверие к поставленной Путиным в мае задаче подняться со 120-го на 20 е место в рейтинге Doing Business. Писатель Дмитрий Быков в интервью «Коммерсант-FM» заявил, что «в неформальном общении такой откровенности, такой иронии и такого цинизма давно я не наблюдал. Впрочем, это касается большинства современных мероприятий, будь то съезд «Единой России» или любая другая официальная тусовка: абсолютный официоз внешне и абсолютная разнузданность внутренне…».

Наконец, третья, главная тема экономического форума, касалась финансово-экономической и бюджетной политики. Выступление Путина было весьма оптимистично на фоне алармистских заявлений экспертов и экономистов. Президент защищал антикризисную политику 2008-2009 гг., обещал честную приватизацию и убеждал, что «госкапитализм – не наша цель». Однако первое, что сделал Путин, вступив в должность президента, это вывел многие активы в энергетической отрасли и электроэнергетике в статус стратегических. Госкомпании будет консолидироваться «под крышей» «Роснефтегаза», который передан в неформальное пока руководство Игоря Сечина. Экспансия близких к власти предпринимателей растет. Хороший знакомый Владимира Путина Николай Шамалов примет участие в строительстве двух терминалов в Пулково: для бизнес-авиации и правительственного, писали на прошедшей неделе «Ведомости». Дмитрий Медведев, будучи президентом, отдал подряды на строительство столичных дорог, в частности, дорог в Сколкове, другому другу Владимира Путина, главе «Мостотреста» Аркадию Ротенбергу. Практически ни одна крупная сделка не обходится без политической санкции «сверху», а бизнесменам удобно иметь партнёров среди приближенных к власти бизнесменов – как гарантию своего рода политического иммунитета. Приватизация встречает противодействие со стороны топ-менеджеров госкомпаний, ориентированных на продолжение экспансии: в частности, Игорь Сечин рассказал, что «Роснефть» имеет интерес к шельфовым активам «ЛУКойла» и ТНК-BP. А первый вице-премьер Игорь Шувалов не исключил, что около 10% акций приватизируемых компаний может выкупать Фонд национального благосостояния, что Алексей Кудрин назвал «кошмаром».

В бюджетной политике Путин пообещал, что в ближайшее время в России будет принято новое бюджетное правило, согласно которому объем бюджетных обязательств не станет привязан к текущей цене нефти. Верстка бюджета будет привязана к средней цене нефти за несколько лет, добавил он. За несколько часов до выступления Путина министр финансов Антон Силуанов заявил, что правительство согласовало бюджетное правило, которое будет учитывать среднюю цену нефти за предыдущий 10-летний период. Чиновник уточнил, что полностью это правило заработает в 2015 г., переходный период необходим для выполнения всех бюджетных обязательств. А днем ранее о том же в интервью американскому деловому изданию TheWallStreetJournal заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов — по его словам, базовая цена на нефть должна рассчитываться как среднее за предыдущие 5 лет.

Бывший вице-премьер и министр финансов РФ Алексей Кудрин, в свою очередь, был вовсе не так оптимистичен. В ходе дискуссии Кудрин обратил внимание первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова на то, что на сегодняшний день дефицит ненефтегазового бюджета России достиг 12% — достиг уровня дефицита Греции, переживающей кризис.

При подготовке бюджета на 2012-2014 гг. Минфин уже считал, что будет с госфинансами, если цена нефти упадет до $61,1 (это средняя цена за 2009 г.), писали «Ведомости». Если бы в 2012 г. нефть стоила на $40 меньше запланированных $100, бюджет недосчитался бы пятой части доходов, а дефицит вырос бы в 4 раза до 5,2% ВВП. Если цена останется на этом уровне еще два года, средств резервного фонда на финансирование дефицита уже не хватит, а с рынка столько взять трудно, объяснял тогда чиновник Минфина: «Бюджет в зоне риска, дефицит прикрывает только дорогая нефть». Минэкономразвития в прогнозе на 2013-2015 гг. назвало «шоковым» воздействием на экономику уже $80 за баррель в 2013 г. с последующим ростом до $82-85.

Осторожные заявления Владимира Путина, который просто не акцентирует внимание на «плохих новостях», и алармистские высказывания чиновников и экспертов контрастируют друг с другом. Для Путина такая стилистика в целом является нормальной, однако в новой политической реальности, она кажется сильно устаревшей. Такая оптимистическая риторика, нацеленная на массовую аудиторию, хорошо срабатывала в условиях, когда Россия показывала ощутимый экономический рост, а оппозиция не представляла серьезной политической силы.

Сейчас одной из главных проблем диалога Путина со всеми основными аудиториями, будь то оппозиция, инвесторы или бизнес, является непонимание этими группами стратегии российской власти в условиях накопившейся критической массы проблем и рисков. Неясно, что будет делать власть, если к политическому протесту добавится социальный, и количество протестующих будет увеличиваться. Неясно, в чем заключается политика улучшения инвестиционного климата, и наконец, что будет делать правительство в случае заметного снижения цен на нефть. Эта глубокая неясность накладывается на первые признаки разбалансировки системы принятия решений: дублирующие функции в правительстве и администрации президента; провокационное по отношению к кабинету Медведева назначение Сечина ответственным секретарем новой комиссии по ТЭКу при президенте; действия СКП, подчиненного президенту, игнорируемые думским большинством, лояльным главу государства. Путин пока сохраняет достаточно высокий (хотя и уменьшающийся со временем) запас прочности своего режима, однако экономические вызовы и признаки морального износа делают власть более уязвимой, чем раньше.

Татьяна Становая – руководитель аналитического департамента Центра политических технологий

25.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

ВЛАДИМИР ПУТИН: ВНЕ ДИСКУРСА

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/14056.html

Вчера президент России Владимир Путин выступил на международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге. Традиционно в адрес главы государства звучали критические замечания за излишний оптимизм, лукавство в заявлениях о диалоге с оппозицией, стремление обойти проблемы в вопросах улучшения инвестиционного климата, подмену понятий при общениях уйти от госкапитализма и провести честную приватизацию (вероятно по-Сечину, назвавшего приватизацию «Роснефти» самой справедливой и успешной). Однако главная претензия к Путину осталась несформулированной: все его высказывания практически полностью выпадали из общественного и экспертного дискурса по затронутым проблемам.

Владимир Путин придерживается традиционной тактики: чем меньше говоришь о проблемах, тем меньше их провоцируешь. Чем оптимистичней заявления власти, тем более стимулирующее влияние они оказывают на экономику и общество. Терапевтическая тактика, которая использовалась на протяжении практически всего срока «путинского режима», действительно, была уместна, пока качественно не изменилась политическая ситуация в стране.

Путин не хотел говорить о проблемах, обходил острые темы, что теперь выглядит как попытка убедить самого себя, что в стране продолжает безотказно работать стабильная система управления и принятия решений. Все под контролем – главный мессидж главы государства. Однако он становится все больше оторванным и того дискурса, который разворачивается в независимых СМИ, Twitter и интернете. От Путина ждут как минимум искренности в оценке текущей ситуации.

Позиция «все под контролем» подразумевает, что разрешение проблем и снижение рисков – это внутреннее дело власти, которая получила на выборах свой кредит доверия и теперь намерена его отрабатывать так, как считает нужным. Власть продолжает опираться на логику «контракта с обществом», дающим возможность игнорировать алармизм и критику со стороны элиты, бизнеса и экспертов. Путин привык рассматривать это как неизбежное шумовое сопровождение любого его действия или выступления.

Однако такая логика перестает работать по нескольким причинам. Во-первых, реальная лояльность значительной части различных элитных групп сменяется мнимой лояльностью, формальной. Раньше публике импонировала самоуверенность «национального лидера», который с легкостью брал ответственность на себя, работая как «раб на галерах», не отказывал себе в крепком словце, довольно прямолинейно высказывал свою позицию. Еще пару-тройку лет назад это казалось правдой, адекватным отражением того, что происходит в стране, гармоничным. Теперь уже публика воспринимает выступления Путина как неизбежный шум, сопровождающий работу государственной машины. И эта машина все чаще выглядит несбалансированной и идущей в разнос.

Во-вторых, запрос на перемены перестал быть маргинальным. Делать вид, что ничего не происходит, уже не получается. Стабильность становится ругательным словом, а колоритность слова Путина сменилась пустотой. Путин выступает так, как будто не было обысков у лидеров оппозиции, нет арестов рядовых участников акции 6 мая, бессмысленных задержаний на улицах людей с белыми ленточками, массового исхода авторитетных экспертов и правозащитников из президентского совета по правам человека. К Путину негласно сформулирован длинный список вопросов, который он старательно игнорирует, раздражая все больше и больше наиболее активные слои общества. Путин выступил так, как будто «дело ЮКОСа», смерть Магнитского, неадекватно жесткие правила проведения митингов и антикоррупционные расследования Алексея Навального – это в другой стране. Путин говорит «не то», как в известном советском фильме «Тот самый Мюнхаузен», где барон, прощаясь со своей возлюбленной Мартой просит сказать ее «что-нибудь важное», а она не понимает и не хочет понимать этого сразу. «Что-то важное» вчера публика так и не услышала, вероятно, потому, что это предмет для обсуждений исключительно на закрытых консультациях в Кремле, и даже не на заседаниях правительства, становящегося все более декоративным, но зато таким инновационным.

В-третьих, ощущается усталость от того неуважения, которое Путин демонстрирует к своим аудиториям, заставляя глав крупнейших мировых и российских компании ждать президента более двух часов, ломая свои графики, от нежелания говорить правду и правильно расставлять акценты, от стремления уйти от ответов. Ирония начинает сменяться раздражительностью, а страх – пренебрежением. Двойная реальность охватывает практически все сферы общественно-политической и экономической жизни, а элита и общество привыкают жить в другой стране, нежели та, о которой говорит Путин.

22.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

БАСТРЫКИН БЕЗ ДЕЛА

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/14050.html

Сегодня Совет Государственной Думы отказался рассматривать поступившее в палату заявление Следственного комитета РФ о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении депутата от КПРФ Владимира Бессонова. Как отметили в нижней палате парламента, запрос на снятие частичной депутатской неприкосновенности может подавать лишь Генпрокуратура. «Такое представление в Думу может сделать только генеральный прокурор РФ», — цитирует «Интерфакс» спикера Госдумы Сергея Нарышкина. По его словам, все материалы по делу Бессонова будут возвращены в СКР. За всю историю существования современной Госдумы, случаи снятия неприкосновенности были единичными. Во время правления Путина это случилось только один раз, и не касалось представителей «провластного большинства».

Зампред ЦК КПРФ, депутат Владимир Кашин рассказал, что Совет Госдумы, заслушав соответствующую информацию спикера, согласился с тем, что «это обращение Следственного комитета противоречит требованиям регламентных норм палаты». СКР подозревает депутата Бессонова в нанесении ударов полицейскому во время несанкционированного митинга 2 декабря в Ростове-на-Дону. По версии следствия, в тот день Бессонов ответил отказом на требования полицейских разойтись. «После этого полицейский полк патрульно-постовой службы и замначальника ГУ МВД России по Ростовской области предприняли попытки самостоятельно отключить звукоусиливающее оборудование, пресечь тем самым совершаемое организаторами и участниками митинга административное правонарушение, — сообщали ранее в СКР. — В ответ Владимир Бессонов совместно с другими неустановленными участниками митинга нанес полицейским удары и повредил форменную одежду».

18 июня СКР обратился в Госдуму с просьбой дать согласие на возбуждение уголовного дела в отношении депутата по ст.318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти). По словам официального представителя ведомства Владимира Маркина, в органы с соответствующим заявлением обратились сотрудники полиции. В КПРФ на это заявили, что следствие «начинает прессовать активных депутатов». А сам Бессонов говорил, что никого не избивал и митинг собирал законно. В статье 98 Конституции РФ четко сказано, что члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы обладают неприкосновенностью в течение всего срока их полномочий. А вопрос о лишении неприкосновенности решается по представлению Генерального прокурора Российской Федерации соответствующей палатой Федерального Собрания. Возбуждение же уголовного дела возможно только после снятия неприкосновенности. В то же время в УПК РФ говорится, что «решение о возбуждении уголовного дела принимается в отношении члена СФ и депутата Госдумы председателем следственного комитета с согласия, соответственно, СФ и Госдумы». Видимо, на эту норму и опиралось ведомство Бастрыкина.

За всю историю существования Госдума почти всегда отказывала в снятии неприкосновенности: в данном случае действует не только партийная этика, но и парламентско-корпоративная. В 1994 году Госдума отказалась снять неприкосновенность даже с главы МММ Сергея Мавроди, от работы финансовой пирамиды которого пострадало слишком большое число россиян (его уголовное преследование началось уже в 1995 году, когда тот не прошел в Госдуму на очередных выборах). За все время было сделано лишь два исключения. Первое – в отношении – Надиршаха Хачилаева, обвиняемого в пособничестве боевикам и организации массовых беспорядков в Дагестане в мае 1995 года. Решение было принято в сентябре 1998 года, после начала второй чеченской войны и также имело политическое значение.

Второе — касалось депутата Ашота Егиазаряна. В 2010 году Госдума дала согласие на возбуждение уголовного дела против представителя ЛДПР. Соответствующее представление было направлено в нижнюю палату парламента также главой СКП Александром Бастрыкиным. В июле 2010 года с заявлением в Генпрокуратуру на депутата Егиазаряна обратился акционер одного из крупнейших столичных торговых комплексов «Европарк» Виталий Смагин. Он обвинил парламентария в хищении принадлежавших ему 20% акций владеющего «Европарком» ЗАО «Центурион альянс» стоимостью $30 млн. Тогда Егиазарян тоже указывал на то, что направленное главой СКП РФ в Госдуму представление о нем «нелегитимно», так как этими вопросами должна заниматься Генпрокуратура. Однако официальный представитель СКП РФ Владимир Маркин пояснял, что его ведомство просит не лишить Егиазаряна неприкосновенности, а дать согласие на возбуждение в отношении него уголовного дела.

Ранее также были попытки СКП и Генпрокуратуры добиться согласия Госдумы на возбуждение уголовных дел в отношении депутатов от «Единой России» Владислава Резника  (испанское правосудие подозревало его в связях с тамбовско-малышевской преступной группировкой), а также Валерия Драганова. В декабре 2008 года Кассационная коллегия Верховного суда России подтвердила наличие в его действиях признаков превышения должностных полномочий в период его работы руководителем Государственного таможенного комитета. Это сделало возможным обращение Генпрокуратуры в Госдуму с просьбой снять депутатскую неприкосновенность с Драганова, что может быть осуществлено при одобрении этого решения большинством депутатов. Однако и за Резника, и за Драганова вступилось парламентское большинство и многие влиятельные «единороссы».

Тем не менее, «дело Егиазаряна» создало прецедент СКП, который посчитал, что может требовать не снятия неприкосновенности, а согласия Госдумы на возбуждение уголовного дела. Однако в этот раз в Госдуме решили иначе. Вероятно, что нынешнее давление на Бессонова не является консенсусным в Кремле, и Бастрыкин не заручился достаточной политической поддержкой «сверху». В то же время маловероятно, что глава СКП действовал исключительно по собственной инициативе. В данном случае против него сыграло два ключевых фактора. Первый – это недостаточное влияние «патронов» Бастрыкина, которые оказались неспособны обеспечить «правильное» голосование в парламенте по запросу СКП. Второй фактор – это «вечный» конфликт между СКП и Генпрокуратурой. В случае с Егиазаряном Генпрокуратура активно занималась уголовным делом, в то время как сейчас она осталась в стороне от ситуации. Все это лишь показывается аппаратную и политическую ограниченность ресурсов СКП и подтверждает наличие внутри властных конфликтов относительно в целом периферийных для власти вопросов.

21.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles

НЕ ВИНОВАТЫЙ ЦАРЬ, БАСТРЫКИН САМ ПРИШЕЛ

ПОЛИТКОМ

http://www.politcom.ru/article.php?id=14033

В последние полгода политическая жизнь в стране значительно ожила. СМИ, наблюдатели и эксперты пытаются найти закономерности в последних событиях, больше ориентируясь то ли на возвращение Владимира Путина на пост президента, то ли на новый гражданский протест. Вот и «Коммерсант-Власть» вчера обнародовал очередную порцию «инсайда» о том, какова же на самом деле стратегия Кремля и где правильнее искать причинно-следственные связи в происходящих последние месяцы тенденциях.

Если грубо обобщить версию событий, представленную в одном из самых влиятельных политических журналов России, то ситуация в последние недели строилась по следующей логике. Глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин попал в неприятную историю. Вероятно, отвезя журналиста «Новой газеты» на обочину леса и высказав свое оценочное суждение о потенциальных угрозах и рисках, которые таятся в непростой профессиональной деятельности Сергея Соколова, Бастрыкин вскоре неожиданно сам для себя осознал, что совершил ошибку. Понимая, что повсюду враги и конкуренты, которые только спят и видят, как бы его снять с поста главы СКР, Бастрыкин принял решение подстраховаться. При этом он уже заранее точно знал, что появится письмо Дмитрия Муратова, последует огромный публичный резонанс, а ему придется извиняться (но, очевидно, как показала практика, не сразу, а немного покапризничав). Источник «Коммерсанта» убеждает, что история с Муратовым – компромат, сфабрикованный Генпрокуратурой в ответ на слухи о возможном назначении Бастрыкина Генеральным прокурором. То есть, то ли Муратов подрабатывает на прокуроров, то ли его использовали втемную вместе с Соколовым, источник это не упоминает.

Так вот, получается, что согласно слухам, Бастрыкин был одной ногой Генпрокурором, его ждало повышение. Но после сфабрикованного компромата Генпрокуратурой, он уже оказался на грани отставки. Получается, что манипулировать кадровой политикой Путина довольно просто. Бастрыкин, опасаясь худшего, и прекрасно разбираясь в психологии своего однокурсника президента, осознал, что надо организовать срочно нечто, что приведет к резкому росту требований оппозиции о его отставке. И Путину ничего не останется, как не пойти на поводу давления снизу и оставить Бастрыкина в должности. Этим «нечто» и стали загадочные обыски дома у лидеров оппозиции. Причем, как пишет «Власть», к этому не причастны никто, кроме СКР. Собеседники «Власти» как среди силовиков, так и среди оппозиционных активистов отмечают, что на фоне бурной деятельности СК особенно заметно отсутствие активности центра Э МВД, к ведению которого чаще всего и относились превентивные беседы с активистами. «Эшники» по-прежнему наблюдают за митингами, но, как раньше, на допросы и беседы активистов не вызывают. Получается, делает вывод газета, что автором идеи обысков и главной движущей силой этой спецоперации был именно СК. При этом авторитетный журнал почему-то совсем не хочет брать во внимание тот факт, что СКР всегда занималась оперативным обеспечением деятельности ФСБ.

Итак, Бастрыкин, не согласуя свои действия ни с  кем, взял на себя риски провести обыски у лидеров оппозиции ради сохранения своей должности. При этом источник журнала в Кремле снова убеждает, что Кремль был сильно разочарован: обыски в выходные, за день до «Марша миллионов», только спровоцировали рост численности акции протеста. Получается, Бастрыкин либо не понимал этих последствий, либо решил, что пусть лучше его отчитают в Кремле за несанкционированные обыски, чем за вывезенного в лес Соколова. Очень спорно…

Вся эта версия выглядит как плохо продуманная история, проданная одному из самых авторитетных российских СМИ, преподнёсших это как сенсацию. Главная цель этого «слива»: показать, что Кремль вовсе не стремиться закручивать гайки, никакой «лукашенизации» режима нет. «Во всех событиях, которые развернулись с 10 по 12 июня, нет никакого единого злонамеренного плана со стороны властей. Это все разные истории, которые сплелись в единый клубок»,— уверяет высокопоставленный источник «Власти» в Кремле. Собеседники «Власти» в администрации президента признались: кремлевские чиновники были удивлены обысками ничуть не меньше сторонних наблюдателей. В качестве доказательств того, что Кремль «белый и пушистый», газета приводит 2 аргумента: акция 12 июня была согласована, а власти не стали применять принятый недавно закон об усилении ответственности участников и организаторов несанкционированных митингов. Может и сам закон протолкнул Бастрыкин или кто-то еще, например, «единороссы», которые попытались спасти свою за…цу в ожидании расцвета демократии внутри партии? А Кремль очень не хотел, но подписал этот закон, так как в противном случае это казалось бы отступлением перед наступлением оппозиции? Почему бы не выдвинуть и такую версию? Как оказывается, на Путина давить довольно просто, если в любую историю приплетать требования оппозиции…

Если следовать логике, представленной во «Власти», Кремль вообще ни при чём. Бояре перегибают палки, воюют между собой, подставляют друг друга, а Владимир Владимирович хотел как лучше, как в Великобритании, говорит источник журнала, приводя в пример практику борьбы с незаконными акциями протеста на Туманном Альбионе. В общем, цивилизованный царь у нас, интересуется лучшими западными практиками подавления протеста, внедряет их, как может, внутри России, а исполнители все портят.

В действительности же, объяснение происходящему гораздо проще. Конечно, все обыски у оппозиции проводились с санкции Кремля, и Бастрыкин и шага ступить не может без соответствующего обсуждения «на самом верху», причем в мельчайших деталях. Конечно, в истории вокруг Соколова присутствует элемент «войны силовиков»: конкуренты Бастрыкина непременно попытались использовать некрасивую историю против главы СКР. При этом шансы на то, что скандал мог стать причиной остатки Бастрыкина – нулевые. Бывшему министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву в этом деле не помогла даже бутылка шампанского, использованная не по назначению и приведшая к летальному исходу одного из «клиентов» нургалиевских подчиненных. И обыски, и закон – звенья одной цепи: Кремль пытается надавить на оппозицию, напугать, предупредить, но пока не спешить сажать. Власть пытается поставить протест в более управляемое русло, добиться снижения массовости акций, но никак не пересажать кого попало. А так как выглядит это именно как «лукашенизация», предпринимаются попытки оправдаться и свалить все на Бастрыкина. Но и хорошая новость тут все-таки есть: сама попытка показать аудитории «Власти», что Кремль вовсе не стремиться «закручивать гайки» — позитивный знак, доказывающий, что российскую власть все еще беспокоит такая категория как репутация.

Татьяна Становая – руководитель аналитического департамента Центра политических технологий

19.06.2012

Оставьте комментарий

Filed under Mes Articles